— Не везде и не всегда, — уточнил Красный. — Никому же не придёт в мысль отправить на электрический стул Франклина Делано Рузвельта, представителя одной из семей первопоселенцев и потомка основателей САСШ. Там очень солидные деньги крутятся, и сам президент не последний из миллионеров. Такая вот демократическая демократия, куда посторонних пускают только на коврике у двери поспать. Или тапочки в зубах принести, как делают Морганы и подобные им нувориши с миллиардами сомнительного происхождения.

Лизавета Бонч-Бруевич, в небольшой задумчивости стоявшая у окна и что-то разглядывающая на площади перед гостиницей, вдруг сказала невпопад:

— А у неё правая грудь блестит больше, чем левая. И по размеру уже вроде как меньше стала.

— У кого грудь блестит? — не понял Василий.

— У Джульетты на памятнике.

Надежда Калинина, по выходу из ванной услышавшая последние фразы разговора, пояснила:

— А я читала про это. Влюблённые со всей Италии и близлежащих стран приезжают в Верону, чтобы потрогать памятник Джульетте, а лучше потереть его в определённых местах, тогда счастье в семейной жизни обеспечено до самой старости. Естественно, натирают не нос или руку, а… даже отсюда видно, где натирают. И сзади ещё тоже.

Примерно в это же время. Нью-Йорк.

Франклин Делано Рузвельт не знал о всеитальянской примете и не приезжал в Верону натирать грудь памятнику Джульетте. Наверное поэтому он был встречен супругой холодно, хмуро и слегка укоряюще.

— Ну что, Фрэнки, дороговато обошлась нашей семье твоя испанская авантюра? Процентов от заказов танков и аэропланов едва хватило, чтобы остаться в плюсе.

Президент не стал уточнять, что ещё недавно его Элеонора, страшная на вид лесбиянка, успешно притворяющаяся глубоко верующей и респектабельной дамой, придерживалась самых радикальных взглядов на события в Испании. Она все силы употребила на то, чтобы убедить супруга преподать русским дикарям запоминающийся урок с одновременным нанесением тяжёлого удара по экономике этого варварского монархического образования. А теперь вот деньгами попрекает, сучка…

У самой, небось, долларов столько, что куры не клюют. Через Элеонору Рузвельт и её фонды сейчас проходит финансирование европейских и американских суфражисток, многочисленных организаций по борьбе за права евреев в Прибалтике, Галиции, Польше, Царьградской и Фракийской губерниях. А это такие суммы, что голова кружится! Хватило бы на то, чтобы каждого нуждающегося в Российской Империи бесплатно кормить три раза в день, одевать по сезону тоже бесплатно, а остатки отправить на оплату университетского образования в любой приличной европейской стране. Правда, это никому не нужно из тех, кто этими деньгами ворочает, так как борьба и сопутствующие ей прибыли гораздо важнее. Какая же борьба без прибыли? Так, профанация идеи, а не борьба…