Но, как говорилось выше, счёт уже шёл на миллиарды рублей, и народ Италии славил своего короля, очень вовремя подружившегося с русскими. Такой король Италии нужен!
А застрявшие во французском Бордо короли, президенты и премьер-министры всерьёз задумались о безоговорочной капитуляции. Только вот её пока никто не предлагал! Будто и не существовало никогда законных монархов и всенародно избранных правительств! Сидят себе в глухой французской провинции, и сидят, и дела нет до них никому. Печально…
Глава 11
Минская губерния. Беловежская Пуща.
— Я не думаю, что наш внезапный отъезд из Петербурга и встреча в нарочито неприметном месте поспособствует секретности, Николай Александрович! — проворчал Микоян, с помощью прислуги отряхивающий от снега тяжёлую хорьковую шубу. — Наоборот, костром в ночи засветились.
Сегодня Анастас Иванович без своего знаменитого саквояжа с наличностью — дело встало на широкую ногу, и прибыль перевозится бронеавтомобилями, а не переносится в портфельчиках. Потому, в принципе и ворчит, что поездка отвлекает, а поездка в эту глушь отвлекает вдвойне.
— Ничего страшного, — отмахнулся бывший император Николай Александрович Романов. — Наши гости отвлекут всеобщее внимание и окончательно всех запутают.
— А мы кого-то ещё ждём?
— Да, вот-вот ещё два человека подъедут, и я хотел бы предложить им подработать на нас за долю малую.
— Насколько малую? — с подозрением уточнил Микоян.
— Малую с нашей точки зрения, но для них это будут колоссальные суммы.
— Я знаю этих людей?
— Разумеется! — кивнул Романов, и посмотрел в окно, где как раз послышался звук работающего мощного автомобильного двигателя. — Вот как раз один из них.
Встречать гостя Анастас Иванович и Николай Александрович не пошли, так как мероприятие неофициальное, практически дружеские посиделки в лесном ресторанчике для своих, грозящие плавно перерасти в дружескую попойку с баней и купанием в проруби. Этот гость, кстати,на такое вполне способен.
Одет он неброско, но добротно и очень тепло — шапка-пирожок из меха нерпы, прикрывающая оттопыренные уши, шуба из тонко выделанной шкуры северного оленя с песцовой оторочкой и капюшоном из чернобурки, на ногах белые валенки, вышитые бисером. Барон Никита Сергеевич Хрущёв-Кольский собственной персоной.
При виде друг друга что Микоян, что Хрущёв едва заметно поморщились, да и то это смог бы разглядеть хорошо знающий их обоих человек. Поморщились, но сразу же улыбнулись весьма благожелательно — взаимная неприязнь не мешала им время от времени проворачивать совместные выгодные дела.