Глава 1.
Страница 8 из 147
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 1.

Страница 8
ей захотелось смеяться. Смех застрял в горле. За стеной снова заплакал ребёнок. Уже слабее. Амелия выронила платье на кровать. — Завтра, — сказала она зеркалу. — Завтра я подумаю, кто ты, кто я, почему мы обе попали в этот цирк и где, чёрт побери, мой нормальный век. А сейчас… Она резко развернулась к двери. — Сейчас кто-то плохо дышит. Дверь распахнулась с жалобным скрипом. Коридор был узким, полутёмным, с облупленными плинтусами и запахом, который уверенно доказывал: проветривание здесь считали чем-то вроде французской распущенности. Где-то внизу хлопнула дверь. Послышались женские голоса, приглушённый шёпот, шаги. Амелия пошла на звук плача. Шла быстро, босая, в ночной рубашке, с волосами, падавшими на плечи, и с выражением лица, от которого в её прошлой жизни ординаторы начинали вспоминать молитвы, даже если были атеистами. Первая детская комната оказалась за второй дверью. Она открыла её — и остановилась на пороге. На секунду. Только на секунду. Потому что даже профессионал имеет право мысленно сказать: «Да вы издеваетесь». В комнате было пять колыбелек. Нет — шесть. Одна стояла у стены почти в тени. На стуле валялась груда пелёнок. На полу — миска с мутной водой, рядом влажная тряпка, уже давно потерявшая право называться тряпкой и перешедшая в категорию биологической угрозы. Окно закрыто. Воздух тяжёлый. У камина сушились маленькие рубашонки, от которых шёл запах кислого молока. В трёх колыбельках дети плакали. Один кричал громко, зло, с хорошей силой — этот, спасибо Господи и всем богам педиатрии, пока не главный. Второй всхлипывал, захлёбываясь. Третий лежал слишком тихо. Именно к нему Амелия бросилась первой. Ребёнок был крошечный, красный пятнами, горячий. Губы сухие. Дыхание частое, поверхностное. Пелёнки влажные. Под шейкой прела кожа. Запах кислый, тревожный. — Так, мой хороший, — пробормотала она, осторожно касаясь лба. — Температура. Обезвоживание. Дыхание дрянь. Просто праздник, а не утро. За спиной ахнули. Амелия обернулась. В дверях стояла молодая служанка с ведром. Широкое лицо, веснушки, рыжеватые волосы под чепцом, рот приоткрыт. Видимо, зрелище хозяйки в ночной рубашке, босой и склонившейся над ребёнком, не входило в обычный распорядок дома. — Вы кто? — спросила Амелия. Девушка побледнела так, будто её спросили не имя, а признание в убийстве королевы. — М-миссис Дайер… — Я не спрашиваю, кто я. Это мы ещё выясним, не переживай. Я спрашиваю, кто ты. Служанка моргнула. — Мэри, мэм. — Отлично, Мэри. Вода есть? — Ведро… — Я вижу ведро. Ведро
назадназад
1 ... 6 7 8 9 10 ... 147
впередвперед