Глава 3
Город, который не прощает слабых Утро началось раньше, чем хотелось. И не потому, что кто-то кричал. А потому, что Амелия проснулась сама. Резко. Как человек, у которого внутри уже выстроен список дел, длиннее, чем день. Она открыла глаза и сразу поняла — сегодня она не сможет спрятаться за домом. Дом — это уже вчера. Сегодня — город. Она села, провела рукой по лицу и на секунду задержалась, глядя в потолок. — Так, — тихо сказала она. — Сегодня мы идём смотреть, во что я вляпалась окончательно. Она встала, оделась быстрее, чем накануне, уже почти не задумываясь о том, как правильно затянуть шнуровку и не задохнуться в корсете. — Если это изобретение когда-нибудь переживёт века, — пробормотала она, — я лично найду автора и заставлю его в нём жить. Внизу уже слышались голоса. Дом проснулся — нет, она сама себя остановила — дом работал. Без романтики. Скрип, шаги, плеск воды, тихие голоса. Она спустилась. На кухне Марта уже стояла у очага. Лицо сосредоточенное, губы поджаты, но движения быстрее, чем вчера. Она не спорила. Пока. Бетси несла ведро с горячей водой. Лиззи уже мыла пол, не лениво, а с явным желанием доказать, что её вчерашний разнос не был последним словом. Нора стояла у стола с листом. — Мэм, — сказала она, — я составила список того, что нужно. Амелия взяла лист. Мыло. Уголь. Крупа. Молоко. Ткань. Лекарственные травы. Соль. — Неплохо, — кивнула она. — Добавь ещё марлю, если найдём, и отдельные миски. — Да, мэм. — И ещё. Сегодня я выхожу. Тишина. Лиззи даже перестала тереть пол. — В город, — уточнила Амелия. — Заодно посмотрю, как здесь всё устроено, пока нас не посмотрели без приглашения. Марта хмыкнула. — Одну вас отпускать? Амелия подняла бровь. — А ты хочешь пойти со мной? — Я на кухне. — Тогда не задавай вопросов с подвохом. Она повернулась к Эмме. — Ты со мной. Эмма кивнула. Без вопросов. — Нора, ты остаёшься за главную. Без самодеятельности. Всё по списку. И если кто-то начнёт «по-старому» — вылетает. Нора медленно кивнула. — Поняла. — Мэри? Девушка выглянула из коридора. — Да, мэм? — Томми как? — Лучше. Он… он даже ел немного. — Следишь. — Да, мэм. Амелия посмотрела на неё чуть мягче. — Хорошо. И вышла. Улица встретила их тем, чем и должна была встретить — реальностью. Не картинной. Не приглаженной. Настоящей. Каменная мостовая, мокрая после ночного дождя, скользкая и неровная. Лужи, в которых отражались серые дома и такие же серые лица прохожих. Воздух густой, влажный, с запахом угля, конского навоза, сырости и чего-то жареного из ближайшей