Глава 1.
Страница 7 из 147
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 1.

Страница 7
зрелой женщины, которая слишком долго таскала на себе чужие жизни, чужие страхи и собственное одиночество. Тело было молодым. Гибким. Лёгким. До неприличия лёгким. Амелия села, схватившись за край матраса, и уставилась на свои руки. Тонкие пальцы. Узкое запястье. Кожа белая, гладкая, почти прозрачная у вен. На среднем пальце — след от кольца. Ногти короткие, но неровные, будто их грызли или обрезали в спешке. Не её руки. Совсем не её. — Прелестно, — выдохнула она. — Просто прелестно. Я всю жизнь просила у вселенной отпуск, а не пересадку личности. За стеной заплакал ребёнок. Не громко. Слабо. Прерывисто. Амелия замерла. Плач повторился. Тонкий, иссушенный, с сиплым надрывом в конце. Все мысли о чужом теле отступили на шаг. Потом ещё на один. Профессиональный слух включился раньше страха. Это был не обычный голодный плач. Не каприз. Не мокрая пелёнка. Там было дыхательное усилие, пересохшее горло и плохая сила звука. — Потом, — сказала она сама себе. — Истерика потом. По талончику. В порядке общей очереди. Она откинула одеяло, опустила ноги на пол — и едва не вскрикнула от холода. Доски под ступнями были ледяные, шероховатые, с крошками грязи. На ней была длинная ночная рубашка, плотная, грубая, завязанная у горла. Волосы упали на лицо тяжёлой волной. Тоже не её волосы. Амелия машинально откинула их назад — и застыла снова. В углу комнаты, между шкафом и туалетным столиком, стояло большое зеркало в потемневшей резной раме. Она медленно повернулась. И увидела себя. Нет. Не себя. Молодая женщина лет двадцати семи, может, двадцати восьми. Высокая, тонкая, с узкими плечами, тёмными волосами, немного растрёпанными после сна, с бледным лицом и глазами, которые смотрели на Амелию из зеркала слишком пристально. Глаза были серо-зелёные, глубокие, с тенью усталости под нижними веками, но в них сейчас отражался такой ошарашенный ужас, что Амелия почти посочувствовала незнакомке. Почти. Потому что незнакомка была ею. Она подошла ближе, подняла руку. Отражение повторило движение. Амелия ущипнула себя за щёку. Больно. — Великолепно, — сказала она. — Значит, не галлюцинация. Как жаль. Галлюцинации хотя бы можно списать на переработку и недостаток магния. На стуле лежало то самое тёмное платье. Она взяла его, прижала к себе перед зеркалом и вдруг подумала совершенно глупо, почти истерично: «Как Скарлетт О’Хара перед тем, как опять пойти воевать со всем миром. Только у Скарлетт были занавески красивее, талия тоньше и, кажется, меньше детской мочи в воздухе». От этой мысли
назадназад
1 ... 5 6 7 8 9 ... 147
впередвперед