Она самой первой сдала экзамен по вождению – в девять утра того дня, когда ей исполнилось семнадцать лет, – сразу же, как только ей позволили. Сестры относились к этому спокойнее. Лин не торопилась, а Джемма вечно умудрялась во что-нибудь врезаться.

Фрэнк ждал ее в конторе и, опустив голову, читал газету. Когда он поднял глаза и увидел выражение ее лица, то широко ухмыльнулся, сложив газету, засунул ее под мышку и сказал:

– Ты моя девочка! – Он даже разрешил ей сесть за руль своего новенького «коммодора». – Только не убейся. А то мне потом мать всю плешь проест.

Она двинулась прямиком на Палм-Бич. Никаких взрослых рядом, в машине так удивительно пусто! Она разгонялась на каждом новом участке дороги, и вино свободы ударяло ей в голову. Она все могла! Если уж она научилась параллельной парковке, то и весь мир ей нипочем!

Сейчас Кэт думала: собственное будущее тогда представлялось ей этаким буфетом, в котором стоят экзотические блюда и только и ждут, чтобы она что-нибудь выбрала. Та карьера, эта карьера… Тот мальчик, этот мальчик… Замужество, дети? Ну, это потом, попозже – на десерт…

Она и не понимала, что тарелки начнут мыть слишком быстро.

Кто-то выехал на полосу перед ней, не включив стоп-сигнала, и Кэт быстро и одновременно нажала на тормоз и на гудок. Вот оно! Ощущение новизны от вождения улетучилось примерно через четыре минуты.

Она ехала к Лин выпить кофе.

Знаменитый красавец Джой был сейчас в Сиднее, и Лин по какой-то одной ей известной причине хотела, чтобы Кэт с ним познакомилась.

– Уж не хочешь ли ты свести меня с ним? – спросила Кэт.

– Ну что ты, он женат! – ответила Лин. – Но вообще – сама посмотришь. Приезжай, и все. Захвати тортик.

Кэт съехала на обочину напротив кондитерской и выпрыгнула из машины. Движение стало замедляться, и прямо рядом с ней остановился грузовик. Пассажир, небрежно положив руку на открытое окно и закинув ноги на приборную доску, сверху вниз посмотрел на нее и протяжно присвистнул.

Кэт взглянула на него снизу вверх, они встретились взглядами, и он расплылся в улыбке. Она так же широко улыбнулась в ответ. Машины двинулись дальше, и она побежала через дорогу, чувствуя, как солнце греет спину.

В очереди в кондитерской Кэт заговорила сама с собой, как сторонний наблюдатель.

Ты ведь знаешь, почему тебе чуть-чуть радостно, правда? Потому что тот парень тебе свистнул! Вместо того чтобы оскорбиться до глубины души, как следовало бы феминистке, ты чувствуешь себя польщенной, верно? Ты чувствуешь себя ХОРОШЕНЬКОЙ! Ты даже испытываешь БЛАГОДАРНОСТЬ! Стареешь, наверное, раз становится хорошо оттого, что кто-то свистнул вслед тебе из машины. Меня от тебя тошнит!