Твою же мать!

А ведь я действительно сейчас был призраком и каким‑то образом очутился в месте, в котором не должен появляться никто, кроме старших Шуйских. А возможно, и только глава рода с советниками.

По крайней мере, сейчас здесь, помимо отца Ленки, был ещё её дед и дядя, которого она всё никак не может поймать. Один раз даже мы ей помогали, но всё безрезультатно. Слишком изворотливым и осторожным оказался Константин Ильич Шуйский.

— Максим, только не говори мне, что ты…

— Не буду, — отмахнулся я, разглядывая руки и тело.

Вроде выгляжу как обычно, но корень, прошедший грудь насквозь без каких‑либо последствий, говорил об обратном.

— Жив я. Вот только нахожусь сейчас очень далеко от империи. Так что даже не знаю, что случилось.

— А я, кажется, понимаю, — произнёс дядя Ленки, и все взоры сразу устремились на него.

К этому времени ко мне подобрались и другие стражи этого места, определённо священного для Шуйских, и попробовали справиться с нарушителем лучше родового древа.

Не получилось.

Я оказался для них неуязвим. Реально призрак или что‑то в этом роде.

— Не знаю, откуда у Елены столько силы и умения, но она смогла создать семена Ивушки. Причём явно использовала для этого не только силу жизни, но и тёмную магию.

— Говорил же, что нельзя позволять ей постоянно ошиваться с этим мальчишкой. Чёрная магия и магия жизни — две противоположности, которые в один момент просто уничтожат друг друга, — топнул ногой старейшина Шуйских, и от его действия по земле побежала довольно внушительная трещина, наполненная изумрудным сиянием.

Естественно, побежала в мою сторону, на пути поглотив несколько неосторожных растений, но, добравшись до меня, она ничего не смогла сделать.

Я здесь вообще ничего не ощущаю.

Лишь охреневание от такой резкой смены обстановки и возвращения на Землю, пусть и в виде бестелесной оболочки. Или призрака, если называть вещи своими именами.

Призрака, духа — кому как больше нравится.

Младший брат главы рода Шуйских оказался очень проницательным и умным магом. Сразу понял, что сумела создать племянница.

— Ничего и не уничтожат. Ленка и Гришка отлично ладят, и их силы никогда не конфликтовали. Впрочем, ни у кого из нашей четвёрки силы не могут конфликтовать. Мы способны только усиливать друг друга и никак иначе, — заявил я, защищая друзей.

— Не тебе рассуждать о силе Шуйских. И тем более не тебе решать, с кем будет общаться моя внучка!

— Но и не тебе, папа, — мягко произнёс Анатолий Ильич. А затем добавил уже разочарованно: — И не мне. Я говорил тебе, что давал Елене слово. Я не буду вмешиваться в её личную жизнь. Мешать ей, отваживать женихов и всё в этом роде. Сам не буду мешать и тебе не позволю.