В общем, направился я в каюту собираться. Впрочем, сборы мои были недолгими, на что мастер Креп косвенно намекнул, в смысле, что успею на прилёт посмотреть. Дело в том, что есть приличный джентльмену костюм. Брюки, сюртук, штиблеты — ну понятно. И появляться в обществе без него джентльмен себе практически не может позволить, кроме ситуаций непреодолимой силы. Или — в мундире, если война или что-то такое же. Но у механиков (и магеров, но с ними всё запутанно) есть некое послабление, в том смысле, что костюм или комбинезон механика — и рабочий, но одновременно вещь, отражающая статус, положение… В общем — не менее достойная вещь, чем самый роскошный костюм, не то что в порт, а хоть на приём к губернатору в нём приходи, никто слова дурного не скажет.
Правда, чистота важна. Ну она всегда важна, если ты не свинья, а джентльмен. Так что мои «сборы» заключались в протирке комбинезона и трактаторов от масла, пыли, стружек, ну и заняли минут десять.
И через десять минут я был на обзорной палубе корабля. И в отличие от моих пробежек к квартердеку, разумные на палубе были, скопились на носу, под цилиндром мостика. А под нами был синий океан, прерывающийся в нескольких километрах полосой прибоя, разбивающегося о галечный или каменистый берег. Но главное — был виден город нашего прибытия, такой же, как на дагерротипах в учебниках. Галлийцы (можно сказать, и галлы, но в номе Галлия обитали далеко не только люди, хотя они были в большинстве, были галлами и дали название Ному). От нашей городской застройки Кейзел отличался ощутимо, хотя встречались правильные, похожие на наши здания. Несколько этажей, украшения и не слишком острая крыша, чтобы дождь стекал. Шпиль в Камелодуне был только в Башне Всех Чудес, но там и положено. А вот в Кейлзе шпили были на каждом втором, если не чаще, домишке. Смысла в этом я не находил, да и наставники не объяснили. Традиция, с их слов, но смысла в ней вот ну никакого не вижу: шпили красной, серой, коричневой и даже чёрной черепицы, высокие, часто ДЛИННЕЕ самого дома, который они венчали. И понятно, что в этих узких заострённых навершиях даже мансарду или чердак пристойный не поставишь, но строят.
Впрочем, строят и ладно. Ни мне, ни Британике не мешают, так что пусть. Да и симпатично этот лес заостренных вершин со всякими флюгерами и знамёнами смотрелся. Хотя, как механика, раздражал ненужностью и иррациональностью.
При этом в группе наблюдающих за приближающимся городом я не один был новичком. Пообщаться со мной никто не стремился, да и я не рвался: это, вообще-то, просто невежливо — приставать к незнакомым джентельменам со своим интересом. И не к джентльменам тоже. Но приставать было не нужно: рассказы о том, что и как, были прекрасно слышны. Мастер Креп либо посчитал неважным (ну а дел у нас и без того хватало), либо и сам не знал, что вполне возможно. Но уже знакомый усатый джентльмен (с подпалёнными усами) сообщал, а что мы вообще в Кейлезе забыли. Я вот не задумывался, но это вообще-то ближайший к Британике Ном, известнейший город, центр для не только наших Судов. И вся торговля на Судах городов должна быть, по логике, а вольному торговцу в таком месте делать нечего. И «чиниться-запасаться» тоже не надо, автономность Вагус Сумбонта не меньше месяца. Однако оказалось, что конкретной цели полёта Вагус Сумбонт… не имеет. И это не недостаток, а достоинство, как мне видится. Потому что летящие «наобум» и за большими деньжищами вольные торговцы как раз и попадали в некролог «Камулодунского Времени» и прочей прессы.