Основа Воздушного Судна — Очаг Трисмегиста, бесконечно бьющееся в стены прозрачной колбы многоцветное пламя. В описании говорилось, что в этом огне присутствовали «герметические цвета» — цвета и оттенки, которые видели все разумные. Но видимые только в пламени Очага Трисмегиста, не встречающиеся нигде больше. И у всех — разные. Даже описывались архаичные (и признанные ложными) попытки гадать на огне Очага.
И поддержанием пламени в Очаге как раз и занимался Мастер Грани — это было его единственной обязанностью, наряду с «раздуванием» пламени при преодолении грани Нома.
И Котельный Мастер — управляющий силовыми механизмами. Котлами, приводами, конверторами, редукторами, мультипликаторами. Переводящими бьющуюся в Очаге мистическую энергию в механическую, обеспечивающую работу механизмов Воздушного Судна. А котельный — так, в основном, конвертация происходила в котлах, правда, далеко не всегда водяных. Мимоходом описывались котлы с жидким металлом, хотя мне (да и преподавателю, судя по розгам в ответ на вопрос) был непонятен механический смысл использования жидкого металла в котле.
При входе в Котельную Очага было не видно — он располагался, судя по мистическим надписям (и табличке «Очаг Трисмегиста»), в закрытом, полностью металлическим, округлом помещении в центре обширного машинного (или Котельного) зала. Но и без него было, на что посмотреть: котлы разных типов и видов — это само собой. Но различные приводы, трансформаторы, машины не только на механическом движении, но и тепловые, и электрические. Половину из них я, к своему стыду, просто не узнавал и не понимал, что с ними делать. Кстати, хоть Воздушный Корабль и стоял в своеобразном эллинге, но часть механизмов продолжала работать. Думаю, потому что Очаг Трисмегиста не тухнет — только меняет интенсивность горения. Ну а если потухнет, то что разжечь в нём пламя, что сделать новый очаг — одинаковое по труду и времени деяние. Ну, опять же, судя по изученному. Что в своё время, помимо подзатыльника, принесло мне понимание мистики, пусть и в общих чертах: она — не механика, и оперирует «деянием», а не «работой».
А ещё, помимо кучи механизмов, в Котельной бегали трое чумазых, в кожаных штанах и фартуках… Не знаю кого. Низенькие, ниже не слишком высоких цвергов, четыре фута от силы, а то и до четырёх не дотягивали. Большеголовые, субтильного… хотя скорее — худощавого сложения. Канаты… ну точнее — ниточки мышц, так и ходили под кожей. Эти большие головы были с острыми, выдающимися подбородками, длинными, горбатыми носищщами — огромными, прямо клювы, а не носы. С острыми, только не торчащими, как у сидов и (гораздо больше размерами сидских) листовидными ушами. Уши эти были так велики, что буквально развевались за суетящимися непонятно кем. Да ещё серёжек всяких в этих ушах тьма. Даже болт с гайкой в качестве украшения заметил! И, при всём при этом, были эти непонятные разумные болотно-зелёного цвета. Точнее не скажешь — в котельной освещения хватало, но не чисто белого, да и много вечногорящих факелов — несомненно цвергское мистическое проявление Мастера Крепа. И вот, эти неизвестные бегали, суетились, что-то подкручивали, что-то убирали. В общем, судя по всему, занимались в Котельной делом.