Который меня если бы не убил, то вполне мог сломать руку!

— Оставьте меня в покое, неизвестный джентльмен! — возмутился я, судорожно продолжая одеваться, потому что даже трактаторами не мог полуодетый воспользоваться. — Мисс претензий не высказывала, была со мной по обоюдному согласию…

— Лжец! — взревел этот джентльмен, порождая уверенность, что он — не джентльмен.

И ладно бы просто заорал — опять попытался ударить меня своей жуткой тростью-дубиной! Но в этот раз трактаторы приняли удар на себя, жёстко, так что драчуна аж откинуло силой его же удара.

— Ах вот как, гнусный прохвост! — рявкнул он и, ухватившись за трость двумя руками, развёл их.

Оказавшись с тонкой шпагой, прятавшейся в толстом бамбуке трости.

— Прими ответственность, похотливый искуситель, или умри! — воздел он свою шпагу над головой.

— Да оставьте меня в покое! — отмахнулся я, понимая что трактаторами с этим анахронизмом-шпагой прекрасно справлюсь.

Занимало меня другое: реакция Кеалы, которая перекатилась на живот, подпёрла подбородок руками и всё так же, с улыбкой и молча, смотрела на происходящее. Это… очень странно. Но задать вопрос я не успел: шпага со свистом опустилась на подставленный трактатор и… прошла его, как будто его не было! Прорезала, как воздух, укутавшись на миг тёмной дымкой, как мне показалось — в форме черепов. А возможно, показалось от страха и боли, потому что кончик шпаги прочертил на моём боку длинную царапину! Не опасную, но болезненную и явно указывающую на неприятную перспективу! И замахнулся для нового удара, когда часть трактатора зазвенела на полу. И времени рассуждать у меня уже не было — убьёт же! Так что не став размахивать оставшимися трактаторами, я выхватил Метлу, наведя на противника. Он глаза выпучил, но замах не прекратил, сжав губы. Ну, сам виноват, заключил я, стреляя ему в ногу: всё же, убивать этого джентльмена я не собирался. И барабан повернул на пулю — ранить и спокойно покинуть это место и эту дурацкую и опасную ситуацию.

Выстрел в цель попал, но не просто так. Для начала, от этого бешеного… ну пусть джентльмена, к пуле, под его ухмылку, рванули чёрные молнии. И задержали её в воздухе на долю секунды, а я успел разглядеть, что это были этакие призрачно-дымные черепа. Мистическое проявление, несомненно.

Но задержали именно на долю секунды. Тут уже сыграла роль механика: защитное мистическое проявление, видимо, было ориентированно на выстрелы чего-то типа сеттера, карманного револьвера. Метла, как выяснилось, тоже была карманным револьвером. Но — для огра, что делало её фактической артиллерией для человека. И через долю секунды, с хлопком, черные черепа развеялись. А мистик с шпагой удивлённо хлопал глазами, до попадания в его бедро. Брызнул кровью и с подвыванием упал.