«Катись! Катись, скрипучий кусок дерьма!»
Повозка немного ускорилась, но все еще довольно медленно добиралась до края обрыва.
В то же время Тиран, наконец, сумел ухватиться за цепь, привязанную к его шее, готовый освободиться.
Теперь вопрос о том, выживут они или нет, зависел только от того, что произойдет первым.
«Катись, скрипучий кусок дерьма!»
Санни прижался к повозке, давя изо всех сил. Четыре мощных вола, которые раньше тянули ее, теперь были мертвы, и вместо них эту работу пытались выполнить три усталых раба. Даже с учетом уклона дороги скорость повозки была мучительно низкой. Тиран, по сравнению с ними, двигался гораздо быстрее.
Оттолкнув Героя смертоносным взмахом нижних рук, он поднял две другие к его шее и попытался схватить цепь, которая обвилась вокруг него, как петля. Однако на этот раз грозное телосложение Горного Короля обернулось недостатком: его длинные, ужасающие костяные когти идеально подходили для разрывания плоти, но не были лучшим инструментом для точных манипуляций. Тирану потребовалось некоторое время, чтобы ухватиться за цепь, не перерезав себе шею.
К тому времени повозка была уже почти у края обрыва.
«Давай! Еще чуть-чуть!»
То, что последовало за этим, произошло очень быстро. Задние колеса повозки наконец соскользнули с дороги и повисли над темной, казавшейся бездонной ямой внизу. Существо повернулось и уставилось на трех рабов пятью молочными, мертвыми глазами. Повозка покатилась, сбив с ног Шифти и Шолара, а затем замерла, шатко балансируя на средней оси.
На ногах остался стоять только Санни. Он бросил последний взгляд на возвышающееся чудовище, а затем врезался плечом в переднюю часть повозки, навалившись на нее всем своим весом.
Повозка окончательно потеряла равновесие и покатилась через край, глухо скребя днищем о неровные камни. Санни упал вперед и приземлился на колени, едва спасшись от падения с обрыва. Повернув голову к Тирану, он одарил его злобной улыбкой.
Горный Король сделал движение, чтобы броситься на тощего раба, но было уже слишком поздно. Мгновение спустя цепь на его шее натянулась, и он с огромной силой дернулся назад, перелетев через край обрыва, как тряпичная кукла. Существо молча упало в темноту, словно отказываясь верить, что его победил крошечный человек.
«Иди и сдохни, ублюдок» — подумал Санни.
Затем он сделал один глубокий, рваный вдох и опустился на землю, совершенно обессиленный.
«Это все? Прошел ли я испытание?»
Он лежал на холодных камнях, глядя в ночное небо, и ждал, что этот слабо знакомый, но неуловимый голос возвестит о его победе. Но вместо этого волна за волной боль, которую он раньше предпочитал игнорировать, наконец, начала настигать его измученное тело.