Иона вылизывала миску. Нельзя было понять, слышала ли она хоть слово. Лаура тронула пальцем табличку, привязанную к прутьям: «Она предала мужа».
— Вы упали в моих глазах, когда вонзили нож в спину супруга. Это самое ужасное деяние, на какое способна женщина. Ни род, ни честь, ни даже сами боги не так святы для девушки, как верность мужу. Вы нарушили главную клятву своей жизни: брачный обет. Но признаюсь: даже после этого я боялась подойти к вам. Страшилась увидеть прежнее величие и полюбить вас больше, чем добрых и честных людей, коих вы предали. С помощью сира Джоакина и лорда Мартина я преодолела страх — и увидела, как он был напрасен. Вы стали обычной преступницей: унылой, раздавленной, жадной до пищи, безразличной ко всем, кроме себя. Вас я тоже превзошла, миледи. Когда возьмем Первую Зиму, я попрошу графа Виттора отдать мне ваши украшения. Уверена, он не откажет.
Джоакин слушал речь Лауры, замерев от восторга. Прекрасная вдова попала в яблочко! Все то же самое чувствовал и он, хотя не мог выразить столь точно. Да, бывшие кумиры падают в грязь, оказываются порочными, злыми, недостойными, и уже стыдно вспомнить, кому мы поклонялись когда-то!
— Леди Лаура, святые слова! Вы были лучшей на свете женою… и станете вновь!
— Хозяин, ты окончил эликсир бессмертия?
Все замерли от неожиданности: это сказала Иона. Она не отрывала глаз от миски и говорила тихо, себе под нос. То были ее первые слова за месяц. Лорд Мартин посмотрел на нее с приятным удивлением.
— Вот это да, голосок прорезался! Не окончил я эликсир, ты ж сама и помешала.
— Хозяин, твоя собачка поняла: не бывает эликсира. Бессмертие дается Абсолютом.
Мартин погладил ее:
— Моя ты хорошая! Это ж давно понятно, только до псины медленно доходит.
Иона опустила глаза:
— Я глупая собачка… А тебе Вит сказал, да? Очень давно? Еще до нашей свадьбы?..
Мартин нахмурился:
— Нет, потом, когда сделал Абсолют.
Она склонила голову набок — так делает пес, силясь понять человека.
— Но он же мог сказать раньше… Ты бы тогда не мучился с зельем. Не убивал этих, что в бочках. Собой не рисковал…
Лицо Мартина будто затянуло тучей.
— Вит хороший, ну!
— Он очень добрый, почти как ты… — закивала волчица. — Только я не понимаю: что же он не сказал? Ты столько времени потерял зря, и рисковал очень сильно. Минерва могла приказать гвардейцам — чик, и нет тебя. А собачке очень плохо без хозяина!
Она жалобно заскулила. Мартин застыл с полуоткрытым ртом.
— Вит посмеялся над тобой… Мне очень обидно. Хочешь, я его укушу?..
— Вит — хороший! — с надрывом выкрикнул Мартин. Захлопнул клетку и бросил Джоакину с Лаурой: — Идем отсюда, ну…