— Пауль!.. — выронила королева.
Она вся напряглась, словно гончая, учуявшая дичь. Адриан жестом велел Бираю поднять пленника на ноги.
— Возьмите Голос Бога и дайте нам поговорить с Паулем, — сказал Адриан.
Юхан сплюнул в ответ, Бирай снова ударил его.
— Вы неверно меня поняли. Я не желаю Паулю зла. Напротив, хочу предложить ему нечто заманчивое. Мы можем быть полезны друг другу. Вы сослужите отменную службу своему господину, если дадите нам поговорить.
— Ты пес, — процедил Юхан. — Тиран, узурпатор. Шакал без чести.
Бирай занес руку, но владыка его одернул.
— Молодой человек, вы подняли мятеж. Вы грабили и убивали, отвергая власть короны. Эти злодеяния заслуживают смертной казни. Единственный шанс на помилование — быть полезным.
— Так убей, мне плевать! Отец ждет меня в Орде Странников!
Но Юхан побледнел, что не укрылось от зоркого глаза Адриана.
— Вас растворят. Положат на площади нагишом и будут лить щелочь по капле. Кожа сползет лоскутами, а раны смажут медом, чтобы приманить насекомых. Вы зачервивеете и сгниете заживо. Это займет никак не меньше трех суток. А что касается Орды Странников — конечно же, вам отрубят ноги.
На вдох Магда ощутила любопытство: чего стоит Юхан, сколько в нем стержня? Вот так, на грани лютой смерти, люди и проявляют себя. Отец говорил: Могер Бакли растекся, как кисель, это было приятно. Торговец Хармон тоже мочил штаны при первой же угрозе. Хорошо бы Рейс оказался лучше их, иначе зачем я с ним целовалась?..
Но потом она задавила любопытство и решительно сказала:
— Муж мой, простите, позвольте мне.
Адриан поглядел с интересом и кивнул:
— Прошу.
Магда подошла к пленнику, погладила по волосам.
— Ты помнишь меня? Я — Магда Лабелин, мой отец был другом твоего отца. Мы с тобой чуть не поженились.
— Ты легла под шакала.
— Не согласна с тобой, но дело в другом. Скажи: я лгала тебе? Или мой отец твоему?
Юхан тяжело вздохнул.
— Нет. Что с того?
— Обещаю: выйдешь живым и свободным, если дашь Адриану побеседовать с Гной-гантой.
— Просишь измены. Я не шакал!
В каком-то последнем приступе гордости он вскинулся, поднял голову, встряхнул цепями. Магда поняла: это остатки воли, нажми еще — превратится в кашу. Но каша редко бывает полезна. Если хочешь применить человека, не ломай до конца.
— Дурная ты жопа. Нет здесь никакой измены! Гной-ганта может помочь моему мужу, а муж — ему. Они оба получат выгоду, если поговорят. А ты, засранец, им мешаешь!
Юхан внимательно глянул ей в лицо:
— Правда?..
— Тьма! Да не хочешь — не верь! Мне в печенке сидит — тебя уговаривать! Давай поженимся? Нет, фу… Давай поцелуемся? Ну, не знаю… Давай, я тебе спасу жизнь? Ну, что-то сомневаюсь… Так иди ты в задницу!