— Тьма сожри, — только и выронил Эрвин.
А шаван знай себе брынчал: дреееень — брааам — дрыыынь — дааань…
В этой тоске Эрвин нет-нет, да и поглядывал на Нексию. Она куталась в плащ, но даже плотная материя не скрывала всех прелестей. Округлые бедра, гордая осанка, тонкая рука, держащая поводья…
Лорд Эрвин София Джессика давно познал мудрость: не нужно бояться расставаний, ведь стоит тебе потерять барышню, как появится другая, лучше прежней. Потому он не был склонен долго тосковать по былым чувствам. Взвесил: не стоит ли в данном случае сделать исключение и погрузиться в любовную печаль? На что дал себе отрицательный ответ. В прошлом году, покидая Фаунтерру, он уделил расставанию с Нексией неделю качественной грусти, даже породил на свет один или два стиха. Этого вполне довольно, особенно — в военное время. Тем более, по большому-то счету, своим отказом Нексия только помогла ему. Эрвин — агатовец, Нексия — еленовка, и не из Великого Дома. Она — не пара герцогу, и рано или поздно он должен был указать ей на очевидный мезальянс. Но Нексия — умница! — взяла на себя бремя тяжелого разговора. Ему стоит благодарить ее!
Одно лишь плохо: расстаться по злу, с обидой. Гораздо лучше было бы милое прощание с объятьями и поцелуем в щеку, и долгая дружба, не исключающая порой ностальгических вспышек страсти. Эрвин хотел исправить положение и заговорить с девушкой, но мешала родовая честь. Ориджины — не из тех малодушных слабаков, кто, будучи разбит, начинает просить мира.
Нексия уловила этот нюанс и на вечернем привале сама подошла к Эрвину. Осторожно села рядом, собралась с духом и заговорила:
— Милорд, вы за день не обмолвились и словом. Видимо, мой отказ был излишне резок. Поверьте: я очень вас ценю и буду счастлива, если удастся сохранить нашу дружбу. Любовная связь между нами невозможна, но это ничуть не умаляет ваших достоинств. Прошу, не считайте меня холодной и жестокой.
Ее слова принесли в душу Эрвина весьма своевременную оттепель. Он успел нынче изрядно замерзнуть и душой, и телом. Эрвин поделился с девушкой горячим вином и ответил:
— Миледи, вы поступили правильно. Я не держу на вас зла, напротив, стыжусь своего поведения. Я не имел права так навязываться вам после всего, что было.
— Значит, вы не в обиде на меня?
— Отнюдь. А вы?
— Я — и подавно!
Нексия протянула ему руку, Эрвин пожал в знак примирения. Девушка попросила:
— Поговорите со мной о чем-нибудь. Как с другом.
Эрвин мрачно улыбнулся:
— Лучшая тема для дружеской беседы — обсудить еще одного друга, коего нет рядом. Кайр Джемис тревожит меня. Не посоветуете ли, как ему помочь?