— Пожалуй, есть в этом здравое зерно. Будем послами из Южного Пути, представителями трех сословий — воинского, крестьянского и купеческого. Согласны?
Салем выключил лампу:
— Ага.
— Не мучай ты ее!.. Теперь обсудим: по какому мы делу?
— Ясно же: спасти ее величество от происков его величества.
— Скажи такое секретарю, и мигом очутишься в застенке. Про всякие интриги да смертоубийства нужно говорить Минерве напрямик. А то тебя самого примут за злодея.
— Это уж точно, — согласился Весельчак.
— Я предлагаю такой вариант: славный купец Хорам, владелец небесного корабля, предлагает владычице услуги по строительству воздушного флота.
— А не стыдно — врать ее величеству⁈
Хармон уже рассказывал спутникам про небесное судно, но не вызвал веры. Салем знал доподлинно: ничто не может летать без крыльев. Весельчак допускал: тяжелая штука может подняться в небо (например, с помощью катапульты), но так грохнется, что костей не соберешь.
— Да не вру я! Клянусь Праматерями: точно знаю способ, как подняться в облака.
— Угу. Владычица прикажет: «Покажи», — тут тебе и гробки-досточки. Два дня будут пятно отмывать. Я такое видел при осаде: враги закидывали к нам всякую дохлятину. Только ляп — и во все стороны ошметки…
— Какая дохлятина? Я сам летал в облаках! Живым поднялся — живым вернулся!
Весельчак только переглянулся с Салемом. Крестьянин сказал:
— А я вот что думаю. Мы везем два Священных Предмета. Давайте так и заявим: идем вручить владычице подарок в знак благодарности за ее милость. Выйдет и честно, и важно.
Хармон воспротивился наивности, но Весельчак поддержал Салема:
— Дело говоришь. Кто откажется от двух Предметов? С ними нас точно впустят!
— Или решат, что хотим подкупить ее величество. Или в краже обвинят.
— Но мы же честно скажем, откуда взялись Предметы. Пускай она рассудит по справедливости: себе оставить или Адриану вернуть. На то владычица, чтоб решать такие дела.
— Братья, стоит ли говорить о Предметах? Давайте лучше начнем с небесного корабля!
— А отчего ты так противишься, Хармон? Чем тебе Предметы не угодили?
— Да я просто…
Он прикусил язык. До сих пор не подавил он до конца порочную страстишку к Светлой Сфере. Нет-нет, да и стреляла в голову мысль: как бы сохранить Предмет? Выдать Минерве планы Адриана, рассказать про заговор, про генерала Смайла — это ведь очень ценные сведения. Уже за них владычица должна быть благодарна… может, и Сферу тогда не отдавать?
Он пристыдил себя: гнилой ты человек, Хармон Паула. Потому и ушла Низа. Вроде, твердо решил делать добро, но все равно юлишь. Лучше вспомни, сколько зла натворил из-за Сферы!