— Но мои расчеты верны! — с отчаянием в голосе воскликнула Алина, указывая на голографический экран за своей спиной, где висели ее формулы. — Вы даже не пытались их проверить! Вы просто…

— Молчать! — оборвал ее председатель. — Вы обвиняете комиссию в некомпетентности? Ваша карьера, девушка, окончена.

Алина почувствовала, как к глазам подступают слезы ярости и бессилия. Она знала, что права, но ее правота была никому не нужна в мире, где все решали деньги и власть. Ее теория могла изменить мир, дать ему потенциально бесконечный и чистый источник энергии.

Вот только она угрожала бизнесу тех, кто сидел в этом зале. Ее гениальность была ее преступлением и сейчас ее мечта, ее работа, вся ее жизнь вот-вот будут уничтожены этими старыми, трусливыми догматиками.

— … и на основании вышеизложенного, совет постановил: лишить инженера Алину Романову научной лицензии за лженаучную деятельность и подрыв устоев фундаментальной физики.

Кассиан

Я прибыл к зданию Научно-Исследовательского Института на том же черном «Аурелиусе». Вышел из машины и широким, спокойным шагом направился к главному входу. Охрана на входе, двое крепких мужчин в форме, попыталась было меня остановить.

— Стоять! — начал один из них, преграждая мне путь. — Вход на заседание только по специальным…

Он не договорил.

Я не стал замедлять шаг. Когда расстояние между нами сократилось до пары метров, я сделал едва заметное движение рукой, словно отгоняя от себя слишком назойливое насекомое.

Невидимая кинетическая волна ударила их, точно также как их коллег на недавнем празднике. Мужчин впечатало в стену и прижало к ней, не давая пошевелиться. Охранники распластались на стене как жуки.

Я не потратил на это и сотой доли процента своей силы. Просто убрал мусор с дороги.

Далее просто прошел между ними, не удостоив их даже взглядом. Администратор за стойкой, видевшая эту сцену, с тихим писком сползла под стол.

ИИ уже вывел на сетчатку трехмерный план здания с отмеченным маршрутом. Я шел по гулким коридорам, и мои шаги эхом отдавались от мраморных стен. Люди, спешащие по своим делам, инстинктивно жались к стенам, освобождая дорогу.

Подойдя к нужной двери я не стал стучать. Просто… толкнул. Вложив в это движение ровно столько силы, чтобы тяжелые створки распахнулись настежь и с оглушительным грохотом ударились о стены, а затем шагнул в зал.

Все головы повернулись в мою сторону. На лицах седовласых профессоров отразилось возмущение. Представитель «Сокол-Энерго» нахмурился.

— Что это такое? Охрана! — взвизгнул председатель. — Вывести этого молодого человека!