Патриарх понял. Этот Калев Воронов — не просто наглец. Он был силой, способной играючи сломать волю его наследника. Силой, которая действовала по своим, непонятным правилам. И от этого он становился по-настоящему интересной фигурой.
— Ты свободен, Андрей, — наконец произнес он. — Я сам решу, что делать дальше.
Когда за сыном закрылась дверь, старый Соколов позволил себе легкую усмешку. Кажется, в этом скучном, предсказуемом мире наконец-то появилось что-то, достойное его внимания.
Кассиан
Я сел в свой бесшумный «Аурелиус», и дверь за мной плавно закрылась, отсекая меня от милитаристской атмосферы цитадели Соколовых. Водитель без слов тронулся с места.
В воздухе рядом со мной снова соткалась светящаяся фигурка моей феи-ИИ. Она с укоризной посмотрела на меня.
— Дерзко, Ваше Темнейшество, — прозвенел ее мелодичный голос. — Вы только что нажили себе личного, очень злопамятного врага в лице наследника клана Соколовых. Это они вряд ли проглотят.
Я смотрел в окно на проплывающий мимо ночной город.
— Ошибаешься, — подумал я, отвечая ей мысленно. — Я не нажил себе врага. Просто показал щенку, кто здесь вожак. Теперь его отец будет вынужден говорить со мной сам. Лично. Это сэкономит мне время в будущем.
А время — это единственный ресурс, который я по-настоящему ценил. Время, которое я мог потратить на строительство своего «Эдема».
После моего визита к Соколовым в воздухе повисла напряженная тишина. Я дал им пищу для размышлений, и теперь у меня было время. Время, чтобы закончить главный этап строительства и возвести стены моей крепости.
На следующее утро я впервые собрал всю свою команду в командном центре. Они стояли полукругом перед голографическим столом, и это было довольно пестрое зрелище.
Алина, мой гениальный техник, с планшетом в руках и огнем любопытства в глазах.
Глеб, мой «сторожевой пес», хмурый и молчаливый, как скала.
Себастьян, мой верный дворецкий, с непроницаемым лицом, готовый к любому приказу.
Даже молодой повар Арсений был здесь, стоя чуть в стороне и явно не понимая, зачем его позвали на военный совет.
И, конечно, мои новые «инструменты»: старик-геомант с глазами, которые, казалось, видели сквозь землю; девушка-биомант, нервно теребившая край своего платья; и хмурый артефактор, который выглядел так, будто предпочел бы сейчас быть где угодно, но только не здесь.
Моя маленькая армия изгоев.
— Сегодня, — начал я, и все взгляды обратились ко мне, — мы приступаем к главному. К активации экспериментального защитного поля «Эдема». Проекта «Кокон».
Я вывел на центральный голографический экран сложную, многомерную схему. Это была не просто схема барьера. Это была симфония из магии, технологии и фундаментальных законов физики.