Я усмехнулся:

— Она не ошиблась. Пока вы управляете лодкой и слушаетесь приказов, я гарантирую вашу безопасность. Но если возникнет опасность, то делайте ровно то, что я скажу. Без вопросов, без колебаний. Понятно?

— Понятно, господин, — хором ответили они.

Дед, всё это время изучавший плавучий дом, хмыкнул:

— Ну что ж, внук. Твой выбор транспорта становится всё экзотичнее. Не понимаю, зачем всё это, когда всегда можно просто оседлать старых добрых химер? А теперь, то какие-то поезда, то корабли, теперь плавучий дом. Что следующим будет? Летающий замок?

— Не искушай судьбу, дед, — отозвался я. — А теперь пойдёмте, осмотрим наше временное жилище.

Мы поднялись на борт по узкому трапу. Плавучий дом покачивался под нашими ногами. Довольно непривычно, но не сказать, что неприятно.

Внутри оказалось просторнее, чем я ожидал.

Первый этаж представлял собой одно большое помещение, комбинацию гостиной и столовой. Низкий стол в центре, окружённый подушками.

Вдоль стен стояли лавки с мягкими сиденьями. А в углу находилась небольшая, но функциональная кухонная зона с плитой.

Круглые окна пропускали много света, делая помещение светлым и воздушным. Стены были отделаны светлым деревом, на полу лежали плетёные циновки.

Узкая лестница вела на второй этаж, где располагались четыре небольшие каюты и общий санузел.

Октавия обошла всё помещение, заглядывая в каждый угол:

— Уютно, — призналась она. — Намного лучше, чем я ожидала.

Симон проверил окна и двери:

— Хорошая видимость. Сможем заметить опасность заранее.

Дед устроился на одной из лавок:

— Приемлемо. Видал и хуже.

А вот Бланш…

Бланш стояла посреди главного помещения с выражением лица человека, который пытается найти в ситуации что-то приятное, но не очень в этом преуспевает.

— Что-то не так? — спросил я, с трудом скрывая улыбку.

Она стряхнула несуществующую пылинку с рукава:

— Нет-нет, всё… прекрасно. Очень… аутентично.

— Бланш, — Октавия еле сдерживала смешок, — ты же понимаешь, что мы едем в очаг скверны, а не на королевский бал?

— Я прекрасно это понимаю, — достойно ответила княгиня Вийон. — Просто… в моих путешествиях обычно были другие условия.

— Золотая карета с лебедиными подушками? — предположил дед.

Бланш покраснела:

— Не золотая. Посеребрённая. И подушки были из гусиного пуха, а не лебединого. Лебеди — это вульгарно.

Симон кашлянул, скрывая улыбку.

Я подошёл к Бланш и положил руку ей на плечо:

— Бланш, если тебе некомфортно, ты можешь вернуться домой. Всё равно, к нам вероятно скоро присоединится другая Вийон.

Она сразу поняла намёк и резко выпрямилась: