После его ухода мы занялись тем же, чем занимались всю прошедшую неделю. Для некоего разнообразия ловили рыбу в озере, солили в бочках. Это тоже одно из заданий отшельника. В общем он нас эксплуатирует по полной программе. В один из дней для меня произошло приятное событие.

Я занимался сбором трав, далеко не удалялся, отошёл от лагеря километра на три, может четыре. Пока шёл собрал целый гербарий. Присел на одном пеньке, чтобы разобраться, чего я такого набрал. Начал сортировать растения, то, что пойдёт для чая или травяных отваров в одну сторону. А то, из чего можно сварить лечебные микстуры в другую кучку складываю. В этот миг я успел заметить, что-то вроде молнии. Нет, конечно, не электрический заряд, а быстрая тень. Тут же в мою грудь врезался комок шерсти. Толчок произошёл такой сильный, что я свалился с пенька прямо на спину. Буквально сразу моё лицо начали облизывать.

— Чёрт бы тебя побрал, «Хан». Так недолго меня заикой оставить, если будешь так неожиданно нападать, — громко воскликнул я, обнимая своего питомца.

Ну конечно же это был мой питомец ханурик, а радуется как сильно. Так и вертится в моих объятиях. На радостях я заговорил со своим другом и питомцем в полный голос. Вот бы кто-то увидел, наверняка бы очень удивился, что я говорю со зверьком.

— Ты где пропадал, бродяга? Я уж думал, что ты погиб на той магической мине, — радостно восклицал я.

— «Наконец-то, хозяин, я нашёл тебя. Если бы только знал, сколько мест мне пришлось проверить, прежде чем встал на твой след», — прозвучало в моей голове.

Тут же я вспомнил, что мы можем общаться мыслями, сразу перешёл на мысленный обмен.

— «Расскажи, что произошло после того, как взорвалась мина?» — начал я расспрашивать «Хана».

— «После того, как бабахнуло, мне стало очень больно. Я с испугу трансформировался на безопасное расстояние, мою шкурку слегка подпортили. Сутки я отлёживался в камышах, на берегу реки, стараясь зализать свои раны. Когда кровь перестала течь, я прыжками отправился к Бриз, но силы меня постоянно оставляли, приходилось долго отдыхать и снова прыгать. А потом я узнал, что тебя похитили, сразу пустился на поиски», — судорожно рассказывал «Хан» о том, что произошло в тот день моего похищения.

Не то, чтобы мне не нравилось, как меня мой пушистый зверёк облизывает, но обслюнявил «Хан» моё лицо конкретно. Я положил его на свои колени и начал почёсывать ему брюшко, а питомец следующие сорок минут рассказывал о своих мытарствах в степи. Я его не перебивал. Вот честное слово, обрадовался, как родному.