— «Здравствуйте, Николай Петрович. Это Марк Логинов, слуга Егора», — произнесла Бриз, как только связь соединилась.

— «Марк Логинов? А, понял, что за Марк, я внимательно слушаю», — прозвучал чуть встревоженный голос старшего Соколова.

— «В крепости Атырау, один торговец хвалился, что его родич продал казаков на серебряные рудники. Казаки те, которых отважно захватили у станицы Кушум. Правда он не упоминал о каком-либо лекаре, но вполне возможно, что Егор тоже там», — сообщила Бриз.

— «Вполне возможно, я такого не исключаю», — произнёс старший Соколов.

— «Мне пообещали, что информацию будут проверять, постараются выяснить на какие рудники тех казаков продали», — добавила Бриз.

— «Ну хоть что-то, я умею быть благодарным, так и передай вашим», — высказал Николай Петрович и отключил связь.

Бриз вздохнула и убрала «мобилу» в поясную сумку. Терпение и ещё раз терпение. У клана «Ллос» большие возможности, так что надежда есть. Бриз Сол под личиной Марка Логинова продолжала оставаться в Уральске. В конце концов Егор дал ей задание прокачивать дар. Как никогда она сейчас занималась этим, как бы выполняя волю своего господина.

Август 2002 год. Окрестности Каражара. Пленный лекарь.

Наступил август, я с сожалением подумал, что мог бы сейчас уже находится на каникулах. Моя практика должна была продлиться до конца июля. Не то, чтобы я упал духом, просто немного сожалел, что не успел начать нормальные исследования по зелью, которое должно пробуждать дар у неодарённых. Я успел, конечно, поставить задачу перед нашими операторами беспилотников, надеюсь они будут в точности принимать микстуру по той инструкции, что я оставил. А я сейчас здесь, за тысячи километров от границы. До сей поры меня пока не зажимали, со своей стороны я старался не провоцировать ортар. Лечил всех подряд, кого приводили. Казначеем в этом вопросе Гараф, берёт плату не только серебром, но и натуральным обменом. Что он потом делает с теми вещами я не знаю, по понятной причине он со мной такими секретами не делится. Да и неинтересно мне, если честно признаться. Сотник Абузар из Каражара пока не возвращался, так меня и охраняет десяток Гарафа. По моему списку пока ничего не привезли. Потому я конечности не отращиваю у кочевников, которые потеряли руки или ноги по разным причинам. Сразу после приезда, меня поселили в бараках, где живут рабы из разных народов. Поговорить не с кем. Я с тюркскими языками и наречиями «не в зуб ногой» [1]. Понимаю только тогда, когда говорят на орочьем. Но сам-то я признаться не могу, что понимаю язык орков. Интрига сразу пропадёт, а мне этого пока не надо. В бараке, где я жил первые дни, никого из имперцев не было, зато увидел настоящих китайцев, целая бригада. Они выращивают овощи, где-то на заливных лугах. Из-за близости озёр и болот, здесь высокая влажность. Я категорично отказался носить малахай, пусть эти бусурмане сами в такую жару меховые шапки носят, а меня увольте. Гараф попробовал на меня давить, даже в один день еды не давали, только воду.