— Иван Васильевич, у вас есть что добавить по существу вопроса? — император перевёл взгляд на воеводу имперской стражи.

— Только то, что на линиях соприкосновения затишье. Думаю, что в ближайшее будущее нам стоит ожидать послов с целью мирных переговоров, — ответил Апраксин.

— Эдуард Фёдорович, что скажете вы? — обратился Адольф к воеводе пограничной стражи.

— У нас нет пограничной стены между нашей империей и Византией. Следует подумать о том, какие территориальные выгоды нам запросить. Насколько я наслышан о Шарык-хане, он не просто ограбит византийские земли, заберёт всё, что смогут увезти и унести. Византийцы попали в очень нехорошую ситуацию. Сейчас им необходимо перебросить войска на восток, в Персию. Но скорей всего это мало поможет. Нам следует понять, желаем мы увеличения наших территорий или нет. А вот в запросе контрибуции стесняться не стоит, запросим больше, дадут ровно столько, сколько нам надо, — ответил граф Брюс.

— А я бы забрал всех Балканских вассалов у Византии, только тупые дураки откажутся воспользоваться моментом, — влез со своим советом Дурин, он сидел прямо на подоконнике окна рабочего кабинета императора.

Все присутствующие посмотрели на шута. Дурин увидев, что завладел вниманием присутствующих, продолжил.

— Да, именно забрать вассалов Византии. Только, Адик, твои воеводы тупые и до этого не додумаются. А за мой умный совет даже не поблагодарят меня, хотя я принимаю благодарности исключительно в золотых монетах, — выразив свою мысль, Дурин нагло улыбнулся, не обращая внимания, что воеводы силовых ведомств злятся на него.

Император хмыкнул, но поправлять своего шута не стал, даже комментировать слова шута не пожелал. А это могло значить то, что в ближайшее время император обсудит этот вопрос с своими дипломатами. После того, как воеводы покинули кабинет императора, Адольф решил прогуляться в парке Кремля, гном увязался за ним.

— Дурак ты, Дурин, и есть дурак. Вот помру я, аристократы тебе не простят твой длинный язык и оскорбления, а особенно будут мстить все те, у которых ты жён по углам зажимаешь. Думаю, что тебя четвертуют, а может просто за твоё хозяйство подвесят, — Адольф даже улыбнулся от своих слов.

Но угрозы императора не возымели действия на психику шута.

— Рогоносцы меня возможно и забодают, рога у них ветвистые, но ты, Адик, как помирать соберёшься, предупреди меня за несколько дней, может я сбежать успею. А ещё лучше, сделай наследником Юргена или Монику, с ними у меня хорошие отношения, они за мной должность шута оставят, а я им служить верно буду, — смеясь заявил Дурин.