Сжав зубы и преехватив древко глефы, я шагнул вперед. Этот ублюдок явно не освобождать Анастасию собрался. Кажется, тут должен был произойти какой-то ритуал. Земля вокруг эшафота была расчерчена кругами, испещрена какими-то символами, и было достаточно одного взгляда, чтобы понять, чем они нарисованы. Кровью.

Под моей ногой хрустнул маленький череп, и рогатый медленно повернулся в мою сторону. Лицо у него было вполне человеческим, и, по контрасту со всем остальным — невероятное красивое, словно лицо греческого бога, высеченное в гипсе умелым скульптором. Увидев меня, существо усмехнулось и шагнуло вперед.

— Человек… — чистым, высоким голосом, проговорил рогатый. — Смелый человек. И сильный. Ты убил много моих детей. Зачем пришел ты, человек?

— Я пришел за девушкой, — очень хотелось ввернуть какую-нибудь крутую киношную фразу, но красноречие, как назло, решило взять внезапный отгул. — Отпусти ее — и умрешь быстро.

Рогатый запрокинул голову и рассмеялся. Его уродливая свита подхватила смех, и по коже пробежали мурашки: настолько чужими, неестественными и пугающими были эти скрипящие, скрежещущие и лающие звуки.

— Ты смешной. Нравишься мне. Пожалуй, убью тебя лично. Но до этого ты посмотришь, как я возьму эту девку, потом убью ее и возьму снова…

— В рот ты у себя возьмешь, придурок, — оскалился я, смещаясь ближе, и прикидывая, как атаковать рогатого. Ударить гравиударом, разметая свиту, рывком переместиться ближе, уйти в скольжение… Да, пожалуй справлюсь…

— Смешной и смелый, — усмехнулся рогатый. — Хозяину такие нравятся. И сильный. Сильнее того рыжего недоумка, что сейчас служит хозяину. Не хочешь сменить сторону? Я могу дать тебе многое…

— Мне недавно делали похожее предложение, — ответил я, приближаясь еще на шаг. — В итоге, тот, кто его озвучил, удрал, придерживая штаны. Тебе я такого шанса не дам, — блин, да где же «Фениксы» с Аквисами? Хороший понт дороже денег, бесспорно, но, если твари одновременно бросятся на меня — возможны варианты. И далеко не все из них мне понравятся…

Рогатый усмехнулся.

— Ты очень самоуверен, человек. Я заставлю тебя пожалеть об этом.

Тварь из-за Грани подняла руку, сделала какое-то движение, и шум битвы стих. Я непроизвольно обернулся и едва сдержал готовое сорваться с губ ругательство. Площадь окуталась плотной, непроницаемой пеленой черного тумана, оградившего место будущего поединка.

— Что ж. Теперь нам никто не помешает, человек. Ты очень сильно пожалеешь о том, что пришел сюда. Готовься к смерти!

Я не стал отвечать. Я просто активировал «Рывок», и сорвался в скольжение, устремляясь к твари.