А жаль, было бы красиво, если бы он упал в пределах досягаемости орочьих стрел, и они бы лупили в него, пока не стало бы на одного лорда меньше.

Лошадь, повинуясь инстинкту самосохранения, понесла раненого всадника прочь от стен, а заодно и от поля боя. Альшерио согнулся пополам, прижимая руку к кровоточащему бедру.

Его войско безусловно заметило, что их лорд ранен и некоторые из атакующих солдат остановились, как вкопанные.

Капралы и сержанты закрутили головами, отыскивая командиров и отслеживая, не поступит ли сигнал к прекращению атаки.

Однако такого сигнала не последовало, так что войско продолжило движение, хотя, безусловно, вид раненого командира — это безусловный дебафф на мораль.

— Не стоять! — заорал какой-то офицер в шлеме с перьями. — Лорд ранен, но приказ остается в силе! К стенам! Штурмуем!

Второй офицер поддержал его:

— Месть за лорда! Смерть защитникам!

К сожалению, эти черти были за пределами досягаемости орочьих стрел, а то я бы попробовал выбить с доски и их.

Солдаты, воодушевлённые призывами лейтенантов, снова пришли в движение. Но драгоценные секунды замешательства уже были потеряны, а их моральный дух заметно пошатнулся.

— Отличная работа! — крикнул я оркам вслух. — Гришейк, продолжайте стрелять! Цельтесь в капралов и сержантов!

Орки были готовы. Как только солдаты Альшерио оказались в зоне досягаемости, орки начали стрелять, причём достаточно прицельно, перемещая фокус на командиров.

Человеческие арбалетчики тоже открыли стрельбу. Их болты летели не так точно, как орочьи стрелы, но в плотных рядах наступающих каждый выстрел находил цель. Надо сказать, что в большинстве случаев это было всего лишь ранение, однако воин, выбывший хотя бы из этого боя — уже хорошо.

Враги приближались к стенам под градом стрел. Их щиты защищали от большинства снарядов, но потери всё равно были. Я видел, как то тут, то там солдаты падали, поражённые удачными выстрелами.

«Но всё равно они двигаются слишком быстро для моих стрелков, а самих солдат слишком много, — размышлял я, наблюдая за развитием событий. — Стрелы лишь проредят их ряды, но не остановят штурм. Посмотрим, как они себя покажут у стен».

— Лестницы к стене! — надрывался офицер в шлеме с перьями. — Первым взошедшим на стену — сто золотых!

— И двести головы за голову их лорда-защитника! — вторил ему второй офицер. — Двести золотых!

«Щедро , — усмехнулся я. — Интересно, хватит ли у них денег, чтобы расплатиться со всеми желающими меня укокошишь? Так-то из таких оптимистов уже можно набрать небольшое кладбище» .

Но крики про золото действительно воодушевили штурмующих.