Откуда я всё это знал?

Я не знал, но наверняка так всё и есть.

Мы с братьями-квизами шли через город

Началась атака.

Поднялся ветер, возможно, это следы магии, но ветер хлестал по стене, словно пытаясь сбить с неё последние комья старого мха и забвения, но здесь, на восточном участке, забывать было некому. Я шагал быстро, почти не оборачиваясь: за ним, короткими толчками, поспевали Гаскер, несколько его солдат, да братья-квизы — Мурранг и Хрегонн, вечно молчаливые, но сейчас настороженные, как голодные медведи.

Позиция капитана Волагера — проклятое место, если смотреть с высоты птичьего полета. Двести шагов от ворот, к востоку, где стена казалась ниже и темнее, где каменная кладка была в трещинах и пятнах времени, заплатанная, как старое одеяло.

И, что характерно, в этом месте стоял тот самый дом, нелепый, высокий, построенный ближе к стене, чем позволял закон.

Стремительно продвигаясь, мы достигли места, где в переулке в компании своих сержантов и капралов был Волагер.

— Здравствуйте, Волагер.

— Эээээ… А что Вы тут, милорд?

— Арестуйте капитана Волагера, — произнес я спокойно, обращаясь к Гаскеру и солдатам. Мой тон был спокойный и равнодушный, своё волнение я уже пережил.

Гаскер растерян, замедлил шаг, но не спорит. Волагер — крепкий, тяжеловесный, с массивным и мрачным лицом.

Внезапно глаза его вспыхнули не страхом, а гневом и вызовом.

Капитан дернулся, ловко извлекая меч, словно готовился к этому жесту много дней, однако надо помнить, что со мной братья-квизы.

Гномы действуют, как всегда, жестко: один бьёт кулаком в висок, другой делает подножку, и Волагер падает, словно мешок с песком, глухо, без слов.

— Вам, наверное, нужны пояснения? — тихо бросаю я, глядя на Гаскера, который стоит, будто он увидел странную и несмешную шутку.

В этот момент на стене — движение, рык, удар.

В этот раз Альшерио не распаляет силы. Он бьёт ровно в два места, в ворота и сюда.

Причём сюда прилетает удар требушета. И с первого же броска попадание в плоть стены, которая отзывается разгневанным каменным звоном, но обнажает сотни маленьких трещин.

Гаскер смотрит на меня с недоверием, забыв про сражение.

— Безусловно, нужны пояснения, — выдавливает Гаскер. — Почему мы вырубили капитана Волагера, который всю жизнь служил городу, был опорой, служил верой и правдой, был…

— Не правдой он служил, — перебиваю я, не повышая голоса. — Волагер — предатель. Сдавал сведения врагу, прикрывал диверсантов, именно из-за него те не могли попасться. Теперь мы знаем, почему диверсанты знали обходные маршруты, расположение наших постов, почему шпионы проходили через стражу и даже по герцогскому замку шастали. И, наконец, он сообщил врагу, что занимает этот участок при штурме. А ты обратил внимание, что именно на его участках бывали прорывы и он фактически саботировал действиях своих подчинённых? Как в первый день он отослал полусотню твоих бойцов.