А может, так и было.

Я увёл ворона, который обиженно каркал.

Чем меня порадовали гномы, хотя это и не показалось мне теперь особенно важным, они собрали четыре стрелковых турельных арбалета, вроде того скорпиона, с которым имел дело Мейнард в далёких Кайеннских горах.

На турели поставили гномов, им было проще всего заряжать механизм. Болт от турельного арбалета мог бы пристрелить даже легкобронированную технику, если бы она тут была.

Однако это была просто ложка мёда в большом чане с… скажем так, дёгтем.

А если так?

Я узнал при помощи Роя , где мэр и пришёл за ним, решив не использовать для разговора Рой , а пообщаться лично.

Он оказался у одного из складов, где, засучив рукава, лично руководил раздачей провизии.

Тибо смертельно устал за последние дни, однако его глаза светились гордостью.

— Лорд-защитник! — воскликнул он, заметив меня. — Вы вовремя! Хотите похлёбки, кухарки сегодня превзошли себя!

— Позже, мэр, — прервал я его. — У меня к Вам деловой вопрос. А куда Вы деваете весь мусор от расчистки улиц?

Тибо сразу сник. Радость на его лице сменилась озабоченностью, как у завхоза, у которого внезапно спросили про недостачу.

— Ох, лорд-защитник, это огромная проблема! — запричитал он. — Мы… мы просто сваливаем его во дворы нескольких отсутствующих горожан и уже завалили их доверху. Это негигиенично, там уже полно крыс, я боюсь, что может начаться эпидемия, однако…

— Отлично, — оборвал я его снова.

Мэр опешил:

— Что… что «отлично»?

— То, что у нас есть горы строительного материала прямо под носом, а вы видите в этом только мусор. А мне нужна фортификация.

— Что?

— Я заказал плотникам большие запорные конструкции.

— Какие?

— Ворота, перекрывают щитами на высоту в семь метров, это теперь громадный куб, колоссального размера, только он пустой.

Не давая ему опомниться, я потащил его к центральным воротам. По пути я на ходу излагал свой план, простой и грубый, как дубина. Тибо слушал, и его глаза округлялись все больше и больше.

Через полчаса у ворот уже кипела работа. Я выдернул из-за столов пятую роту ополчения, состоявшую в основном из плотников, столяров и прочих мастеров.

Ремесленники, засучив рукава, делали своё дело.

Вскоре к ним присоединились и другие ополченцы.

Я отдал приказ всем свободным ротам таскать тот самый «мусор» из дворов.

Десятки, а затем и сотни людей с носилками, тачками и просто в руках потянулись к воротам, неся камни, землю, обломки бревен, битый кирпич — все, что могло составить «массу».

Пространство между воротами и строящейся опалубкой начало медленно, но верно заполняться. Идея была до смешного проста: если враг пробьёт наши ворота, его будет ждать не триумфальный вход в город, а десять метров плотно наваленного мусора, брёвен и хлама.