Пока он распинался, мой мозг лихорадочно сканировал сектор, раскладывая ситуацию на составляющие. Привычка, въевшаяся за годы виртуальных баталий, сейчас работала на пределе, пытаясь спасти мою реальную шкуру.

Шесть целей. Вооружение всех видов: мечи, топоры, но главная проблема — два арбалета. Болты наложены, пальцы на спусковых скобах. Стрелки держат дистанцию, перекрывая сектора обстрела. По шрамам и мозолистым рукам видно, что далеко не новички, движения экономные, хищные.

Мы : трое гражданских без оружия, без брони, измотаны. Местность незнакомая.

Вывод (напрашивался сам собой): рывок в любую сторону закончится болтом в спине. Шанс на успешный побег — статистическая погрешность. Шанс победить в рукопашной против вооружённой группы отсутствует.

Решение : подчиняться, не провоцировать, ждать изменения переменных.

Мейнард, похоже, пришёл к тому же неутешительному итогу. Сначала плечи великана окаменели, он выставил вперёд одну ногу, сместив на неё вес, в стойке бойца, готового к броску, но через секунду выдохнул и расслабился. Немец был упрям, но не глуп. Два арбалета, направленные в упор — не тот спор, который можно выиграть.

Хнигг тем временем толкнул одного из своих:

— Чичик, проверь их, вдруг меченые.

Тот достал из сумки странную конструкцию, нечто вроде приплюснутого фонаря с мутными линзами. На поверхности металла тускло тлели оранжевые руны.

Магия, опять она! После светящихся камней и голоса в голове я уже воспринимал это как данность, как ещё один фактор среды.

Чичик поднёс прибор к каждому из нас, он он глухо молчал, ни звука, ни вспышки.

— Странно, — Хнигг нахмурился, сплюнув в траву. — Меток нет. Ну и ладно, значит, не дезертиры. Может, шпионы?

Эрик открыл рот явно чтобы выдать какую-нибудь дипломатическую чушь, но Хнигг перебил его, переходя к делу.

— Короче, бродяги, расклад простой. Первый вариант: мы вас вешаем, сдаём тела Ордену как шпионов или дезертиров, получаем по два сестерция за голову. Второй: вы добровольно вступаете в пехоту Ордена, и мы получаем по три сестерция за живого рекрута, — он оскалился, демонстрируя чёрные пеньки зубов. — Какой вам больше нравится?

Демократия в действии, прямо как у моего декана: выбор без выбора.

— Мы выбираем второй, — выдал я раньше, чем Мейнард успел вспылить и испортить нам «переговоры».

— Отличный выбор! — Хнигг хлопнул в ладоши, словно мы только что подписали контракт на покупку таймшера. — Пошли, проводим вас, чтоб не заблудились.

Нас отконвоировали к телеге-фургону, припрятанному за полосой леса. Внутри уже сидели другие «счастливчики», человек десять со связанными руками и глазами, в которых плескалась безнадёга. Мы оказались далеко не первыми «добровольцами» в этот урожайный день.