В этот момент, когда мы пятились, и у меня впервые за все это время не было чёткого плана, кроме как умереть подороже, когда тяжёлая пехота республики прорвётся к нам, я увидел Эрика. Он, как безумный алхимик, колдовал у нескольких больших бочек и чанов, которые мы использовали для хранения воды и каких-то реактивов для его многочисленных, не всегда понятных мне, мыловаренных экспериментов.
— Рассыпать строй! Все наверх, в нашу караулку над воротами! Быстро! — закричал Эрик, его голос перекрывал шум боя и стоны раненых. — Там узкий вход и винтовая лестница, её будет легко защитить! И не дышите глубоко, когда я дам знак!
Мы с Мейнардом не до конца понимали, что он творит, но приказ выполнили. Это был наш единственный шанс.
м
— За мной! Наверх! Шевелитесь! — рявкнул Мейнард, увлекая за собой солдат вверх по узкой винтовой лестнице в просторное помещение над воротами, где стояли его драгоценные, отремонтированные скорпионы.
Солдаты бежали. Счастье, что я ещё при охране золотого рудника отработал манёвр «отхода», который не должен превращаться в беспорядочное бегство.
Солдаты должны бежать и бежали за Мейнардом в «нашу» верхнюю караулку, а не абы куда, потому что тогда это было бы бегство и поражение.
Я и десяток солдат держали щиты, хотя нападавшие в настоящий момент не стреляли, и отошёл последним, не считая Эрика, который всё ещё колдовал с котлами.
Когда я скрылся за поворотом стены, в районе ворот раздавался отвратительный звук рвущегося под ударами тарана металла.
Ворвавшись в караулку, с тем же десятком самых крепких бойцов я перекрыл щитами входа в караулку. Я ждал, что вот-вот в пролом рухнувшей решётки хлынет поток врагов, но вместо них прибежал запыхавшийся, чумазый Эрик, его глаза горели нездоровым огнем.
— Готово! Сейчас начнётся!
Снизу, из примостовой зоны, уже доносились странные шипящие, булькающие звуки, а по проходу тянуло отвратительным удушливым, тошнотворный запахом, от которого першило в горле и слезились глаза.
— Эрик, твою мать, это что, хлор⁈ Откуда⁈ — закричал я, когда мы последними взбегали по скользким каменным ступеням лестницы.
— Простая наука, Ростик, даже никакой магии! Чистая химия! — прокричал он в ответ, уже помогая Мейнарду разворачивать один из тяжёлых скорпионов к бойнице. — Щелочь высвободит из этих нескольких сотен литров моих экспериментальных реактивов газообразный хлор! Я тут собирался наладить производство качественного мыла и выгодно продавать его заезжим торговцам, но пришлось пожертвовать перспективным бизнесом ради нашего спасения! Теперь вся примостовая зона — это одна большая газовая камера! Смерть тем, кто сунется!