Глаза у Грома и Рейбса округлились от такой неслыханной щедрости, потом они синхронно закивали, как китайские болванчики. Сто сестерциев — это почти пятилетнее жалование солдата Ордена. Угроза тоже была понятна и действенна.

Наверху, в нашей казарме, я отсчитал из своих запасов обещанное, ещё раз строго-настрого напомнив о молчании. Контейнер с оставшимся золотом я, кряхтя от натуги, потащил к Эрику и Мейнарду, которые как раз обсуждали какие-то планы по закупке провизии.

— Нашёл тут, в одном из заброшенных подвалов, пока новые ходы и выходы искал, — соврал я, не моргнув глазом и стараясь не краснеть. — Похоже, старая заначка какого-то древнего купца или вельможи, который не успел ее потратить.

Про спуск в подземелья, про богиню, про змей и уж тем более про кольчугу я, естественно, умолчал. Эрик тут же вцепился в контейнер, как клещ, его глаза загорелись знакомым алчным блеском. Мейнард лишь хмыкнул, но тоже с нескрываемым интересом заглянул внутрь.

Золото поделили по-честному, на троих. Плюс добавили сестерции, которые Эрик «заработал» на взятках, торговых операциях и продаже трофеев. У каждого из нас теперь скопилось целое состояние, достаточное, чтобы купить небольшой особняк где-нибудь в тихом месте.

— Знаешь, Ростик, — задумчиво протянул Мейнард, пересыпая тяжёлые монеты в свой объёмистый кожаный мешок. — Регион Кайенн — это такое место… здесь обычно становятся либо очень богатыми, либо очень мертвыми. Часто — и то, и другое одновременно. Что-то мне не по себе от такого количества золота на руках. Слишком много соблазнов для окружающих.

Я понимал его опасения. Большие деньги всегда привлекают большие проблемы, особенно в таком неспокойном мире.

А однажды утром в крепость прибыл рыцарь со свитой.

Важный, напыщенный, с кислой миной и небольшим отрядом своей личной дружины, таких же лощёных и высокомерных типов, смотревших на нас, как на грязь под ногтями. Ему мы и должны были официально передать нашу позицию и казармы. Скорпионы, правда, мы предусмотрительно разобрали и упаковали — такая осадная техника на дороге не валяется, обязательно пригодится.

Рыцарь был явно не в восторге от своего нового назначения. Он орал на нас, на наших солдат, на каменные стены, жалуясь на дыру, в которую его сослали, на холод, на отсутствие элементарных удобств и вообще на несправедливость мироздания. Мы молчали. Во-первых, он был старше по званию и аристократ, а мы всего лишь старшины-простолюдины, хоть и с немалым боевым опытом. Во-вторых, спорить с идиотом себе дороже, только время терять.