Макс никак не мог до конца прийти в себя, потому что слишком много всего случилось. И драка эта дурацкая, и то, что его так глупо вырубили в самом начале, и он не смог защитить Тайку, и потом ещё оборот. Что характерно, в зверином обличье у него ничего не болело, и вообще он преотлично себя чувствовал. Хотел порвать врагов, а потом поесть. Может быть даже закусить врагами. И спать где-нибудь в тепле, свернувшись в клубок. И чтобы Тайка рядом.
Это ощущение — чтобы Тайка рядом — оказалось новым и совершенно всепоглощающим. Не важно, как, где и что там ещё с деталями. Но нужно, чтобы она была рядом. Оторваться сейчас от неё казалось чем-то очень неправильным. Хотелось взять её за руку и подержаться. Но нужно было смотреть на Милославскую и держать ответ. Он вздохнул.
— Я помню, Людмила Павловна, что на меня у вас лежит такое же представление, — уныло сказал он.
Тайка чуть рот не разинула, как услышала.
— Не верю, — покачала она головой.
— Это хорошо, что помните, Плетнёв, — кивнула Милославская. — И что, по-вашему, мы сейчас будем делать?
— Наверное, отчисляться? Я же, ну, не должен был драть Захарова.
Милославская усмехнулась.
— Если бы вы его подрали, там бы собирать было нечего даже целителям, — сказала она. — Ваше прошлое прегрешение было совершенно иного толка, вы в том случае действовали совершенно осознанно, хоть и не зная всех истинных масштабов своего поступка. Теперь, я надеюсь, вы представляете масштабы того, что делаете.
— Обычно да, — кивнул Макс.
— Мне отрадно это слышать. Также я в курсе того, что вы принимали участие в цивилизованном, так сказать, варианте борьбы с нашими двумя героями нынешней недели. Что вы предложили вариант, участвовали в разработке и потом помогали с обработкой результатов. Из чего я заключаю, что вы, всё же, немного лучше представляете себе возможности и правила функционирования магического сообщества, нежели двое покинувших нас недавно молодых людей. Кстати, подумайте — вы можете предъявить им обвинение, как пострадавший, ваши повреждения зафиксированы. Ну а что до оборотничества… разбирайтесь. Обязательно сходите к Верхнеленскому завтра, проконсультируйтесь. С Вострецовой тоже проконсультируйтесь, — усмешка в сторону Тайки вышла мягче.
Она достала из папки лист бумаги, показала Максу. Он успел разобрать своё имя, дату — ту самую, прошлогоднюю — и слово «представление». И разорвала.
— Ступайте, — сказала она им обоим. — И не попадайте больше в истории. У вас обоих много возможностей прославиться иначе.
Макс сам не понял, как попрощался, подхватил рюкзак и Тайку, и пулей вылетел из кабинета. И очень быстро они оказались возле гардероба, а после и на улице.