— Спрашивай.
— Кто вы, господин? — очень робко донеслось в ментальном голосе. — Вы ведь не человек, да?
— Не человек, — не стал я врать, хотя и не хотел пугать явно полного суеверий ребёнка. — Люди называют таких, как я, вампирами.
— Простите, я не понимаю…
— Ну, это что-то вроде тёмного духа, который выходит на охоту по ночам…
Я спал, и мне снился странный сон. Для разнообразия это были не фантомные воспоминания другого варианта меня, который никогда не знал работы авантюристом и кого Юринэ называла моей Тенью. Хотя не буду врать — именно такие сны ко мне давно уже не приходили. Другое дело, что и обычные сны я уже и не помнил, когда видел последний раз. Обычно, засыпая, я попадаю в пространство, где обитает Юринэ, пусть и далеко не всегда сохраняю воспоминания о том, что там происходило. Здесь же был полноценный сон со своим сюжетом и всеми особенностями именно сновидения, когда, даже вроде бы осознавая себя собой, но оказавшись в совершенно незнакомой обстановке, ты не удивляешься, а воспринимаешь всё как само собой разумеющееся, кроме прочего, ещё и из ничего получая знания об окружающих и обстановке, что царит вокруг.
В данном случае я тоже вроде как осознавал себя, но всё известное мне прошлое, притом, что я его помнил, будто отсекалось из внимания, если и влияя на поступки, то очень опосредованно. Сон был немного рваным, однако события происходили на Земле и в двадцать первом веке, но в то же время и явно не моей Земле. И происходило там что-то плохое. Глобально или в отношении только небольшой группы, к которой я принадлежал, сказать не берусь, но начиналось всё с того, что я находился в некой квартире, а конкретно — кухне подле прихожей. Довольно просторной кухне, где собралось то ли шесть, то ли семь человек, не считая меня, и всех их я считал друзьями, хотя в упор не помнил ни имён, ни кто они такие, только то, что они — люди. Все, кроме одной.
Последней была девушка. Невысокого роста, с подстриженными по подбородок волосами ярко-пшеничного оттенка и, кажется, красными глазами. Это было странно, при моей-то абсолютной памяти, но я в самом деле не был уверен, какого цвета были её глаза. И она была то ли вампиром, как нынешний я, то ли дампиром, то есть полукровкой, что не боится солнца. То есть я не знал точно, даже получая знание о чём-то, в данном случае о её природе, из ниоткуда, как это часто бывает во сне. Хотя окружающие, кажется, были уверены, что она именно дампир.
По какой-то причине нам грозила опасность, я буквально чувствовал это и даже делился этим предчувствием, но мои «друзья» вели себя очень пассивно, хоть и полностью мне верили, а вот моя нервозность росла, в какой-то момент достигнув уровня, когда я просто обратился к той самой блондинке с просьбой меня укусить, чтобы я стал таким же, как она. Да, во сне я был человеком, как и те самые друзья, чьих лиц и имён я даже не знаю, однако, несмотря на некоторую спутанность сознания от самого факта пребывания во сне, логическая цепочка внутри меня выглядела железобетонно, утверждая, что, будучи вампиром, выжить в грядущей опасности гораздо больше шансов, чем будучи человеком. Я это даже объяснил окружающим.