— Этот сон… — встав с пола, я полностью развернулся к девушке. — Это ты его мне показала?

— Странно, — обронил бесстрастный голос под шелест перевёрнутой страницы.

— Что именно?

— Что ты это спрашиваешь, — серые глаза отвернулись от книги и всмотрелись в моё лицо. — Ведь ты понял всё в первый же момент.

— Это была лишь моя догадка.

— Когда ты общаешься с другими, ты всегда смело строишь догадки и выводы, но держишь их при себе и редко подвергаешь сомнению, со мной же ты как ребёнок, который постоянно просит дать ему точный ответ, — ни в её голосе, ни в выражении лица не было упрёка, но всё равно возникло ощущение, будто мама раздосадована непутёвостью своего малыша.

— Возможно, это потому, что ты в любом случае слышишь мои мысли? — постарался я отогнать наваждение, хотя внутренне вынужден был признать её полную правоту.

— Моё восприятие отличается от того, что ты подразумеваешь под этой фразой. Для меня это ближе к понятию «знания», нежели «звука», — пожала она плечами, возвращая взгляд к книге.

— Как во сне, когда знания о чём-то вокруг приходят сами собой? — вспомнил я буквально только что ощущаемый опыт.

— Это похоже, но полной аналогии тебе не достичь, — ответили из-за страниц. Я, кстати, эту книгу не знал, у неё была абсолютно чёрная, блестящая обложка без единого опознавательного знака.

— И всё-таки зачем? Кто была эта девушка-вампир, и в чём смысл такого эмоционального отклика?

— Ты же сам хотел прийти ко мне, чтобы задать вопрос. Вот я и дала ответ, — не меняя позы, ответила Юринэ.

— Я… — воспоминания о том, с каким настроем я ложился спать, слегка взбодрили. У меня и впрямь была цель, и я хотел попросить о вполне конкретной помощи, пока не отвлёкся на эмоции и впечатления от не случавшегося приключения, — хотел поговорить о Ю Лан. Эта девочка обречена на смерть, и мои знания в области химерологии ничтожны для оказания помощи.

— Да.

— Ты поможешь? — уточняю с неожиданным для себя напряжением, ибо что-то мне подсказывало, что уроков по нужной магии мне не видать.

— Эта девочка так сильно выбила тебя из колеи? — она наклонила голову набок, посмотрев на меня с толикой академического интереса.

— Я бы не хотел видеть её смерть. Тем более от такой причины. Гниение заживо — это слишком жестоко для ребёнка, что уже потерял всех близких и родных.

— Ты знаешь правила — любое знание должно быть заслужено. И ты ничем не заслужил знаний Архитектора плоти.

— Какое громкое название… — медленно роняю слова. — Оно звучит так, будто обычной химерологией тут помочь нельзя.

— Не каждый, кто идёт путём магии в этом мире, заслуживает высокой оценки своего ума, но и дураками являются немногие. Если бы в их традиции был возможен простенький ритуал, стабилизирующий состояние жертвы, его бы разработали ещё тысячи лет назад, — она перелистнула новую страницу. — Да и ты тогда бы не встретился с этой девочкой.