— Нормальный ход! — хохотнул Вова и стукнул своей кружкой о мою, допивая напиток и тут же принимаясь за смешивание нового.

— А ты бы лучше бухать перестал и Славу мне не спаивал! — фыркнула Алиса.

— Не злись, красавица. Давай иди сушись и пошли сходим в кино на вечерний сеанс. Как раз к семи — еще и перекусить успеем. У вас есть тут приличные киношки?

— О! У нас в «Октябре» давайте! — Вова довольно потер ладони в предвкушении. — Там как раз наш ресторан, вместе и пожрем, с утра не хавал. Иди, Лиса, собирайся. Мы пока со Славой погреемся.

Девушка ничего не ответила — просто громко фыркнула, развернулась и вышла из кухни, оставив нас наедине с Футболистом и с недопитой бутылкой джина.

Полчаса спустя

Кинотеатр «Октябрь» был типичным советским кинотеатром — с высокой лестницей, стеклянным вестибюлем и кирпичной трехэтажной коробкой. Точно такой же стоял в моей прошлой жизни, в Зюзино, только назывался «Одесса». Помню, пацанами, лет в четырнадцать, собирались там сзади здания и лупили мячиками о стену металлическими ракетками. Отштукатуренная метровая полоса от земли служила этакой сеткой, и надо было бить выше нее. Сейчас что-то похожее называется «паддл». Только вряд ли в этот «паддл» играют теперь так, как мы в прошлом — на жопу. То есть проигравший встает к стенке, нагибается, а победитель бьет мячом, стараясь попасть… ну, понятно куда.

Еще играли на «пингвина». Но это уже в футбол в игру со звучным названием «яйцо». Проигравший зажимал мяч между ног и шел условленное количество метров, крича: «Я пингвин с большим яйцом!»

Эхх… Аж ностальгия накатила.

— Ну вот так и живем! — Вова развел руки в стороны, обводя просторный прямоугольный зал с небольшой сценой и столиками, выстроенными в три ряда. Местная ОПГ нехитрым образом переделала под свои нужды зал торжеств при кинотеатре «Октябрь», который какое-то время уже находился «под ними». Директор был только «за» — государство перевело предприятие на хозрасчет. Если раньше кинотеатр получал фильмы по централизованным планам и финансировался из бюджета, то теперь его заставляли жить «по средствам» — выживать за счет заработанных самостоятельно денег. Кино, кстати, директору теперь тоже приходилось покупать самому: не пойдет зритель — можно смело закрываться. Так что уход «под крышу» в некотором смысле позволил кинотеатру выжить. Хотя, надо сказать, тут ему просто повезло — потому как в таких случаях ты всегда берешь «волка за уши»: либо бравые спортивные парни помогут предприятию не обанкротиться, забирая себе всю выручку, либо просто раздербанят к едрене фене всё что плохо лежит.