— Он не так уж плох, если к нему привыкнуть, — спокойно отозвался я. — А насчёт чертей… Проповедник несколько испуган, а когда он испуган, то его язык — главный его враг.

Страж хмыкнула, прислушалась к крикам:

— Главное, чтобы он не стал нашим врагом. Его вопли слышны на небесах, мы поднялись к ним достаточно близко. Как бы нас не поразили молнией из-за старого дурака.

В тоне Гертруды не слышалось тревоги, из чего я заключил, что её фразы — риторические. Минут через десять Проповедник выдохся и заткнулся, а может, просто привык к полёту на волшебной карете.

Деревья стали совсем крошечными, земля отдалилась ещё сильнее и укуталась в пелену бледной дымки собирающегося тумана. Мы повернули на северо-запад, что было очень разумно, так как тем самым карета избегала пролёта над крупными городами, где, в отличие от необжитой местности, обязательно кто-нибудь задерёт голову к небу и увидит чертовщину.

Следующие часы мы летели со всё увеличивающейся скоростью, пейзаж за окном менялся с пугающей быстротой. Реки, озёра, холмы, леса, деревни, городки и дороги исчезали позади, едва успев показаться на глаза. Трижды мы влетали в непроглядный туман — низкие дождевые облака, и тогда по стёклам ползли капли.

— Хотела поговорить с тобой насчёт Солезино, — сказала Гера.

— Я весь внимание, — без всякого энтузиазма отозвался я.

— Тебя могут спросить, что произошло в городе. Постарайся уклониться от прямых ответов.

Я подозрительно посмотрел на неё:

— Кто может знать об этом? Впрочем, о чём это я! Вокруг полно ведьм и колдунов. Другой вопрос — какое им дело до всего этого?

— Я не знаю, это была рекомендация из Братства. Как я поняла, они пытаются скрыть факт существования той души, с которой ты так ловко справился.

Со словом «ловко» страж явно загнула. После той авантюры я четыре дня лежал пластом. Да и Шуко чувствовал себя не лучше.

— Мне кажется, магистры опасаются, что в случившемся могут обвинить Братство. — Гертруда подалась ко мне, перейдя на шёпот. — Мы знаем природу душ лучше, чем все остальные. Орден Праведности несколько раз пытался заикаться о том, что стражи умеют управлять тёмными душами. Если общественность узнает, что эпидемия юстирского пота началась из-за души, Братству не избежать вопросов и подозрений. Можем и не отмыться, даже если обвинения будут звучать нелепо и глупо.

— Соглашусь с тобой. Толпа в такие сказки верит.

Она кивнула, закусила губу и сказала:

— Я должна кое в чём признаться. Не хочу тебя ставить перед фактом, когда всё случится. Я еду на бал не только ради веселья… Хочу украсть одну вещь.