Без сюртука и пальто Глеб наверняка бы замёрз, по осенней непогоде, но Анна Витольдовна села за руль. И он, устроившись рядом, захлопнул дверь, порадовавшись наличию машины.
Пока паромобиль петлял по городским улицам, Анна хмурилась, видимо принимая некое решение.
— Учтите, Буянов, говорить с начальником буду я, а вы стойте и кивайте, ясно?
— Конечно. Что же тут непонятного, — согласился Глеб. — Я так обычно и делаю.
— И вот эти ваши реплики, оставьте при себе. Ситуация и без того неприятная, так что лишние причуды нам не к чему.
— Как скажете, вот только убить-то меня пытались, — напомнил Глеб.
— Об этом я тоже сообщу, не беспокойтесь.
Глеб хотел было ответить, но машина уже остановилась у околотка и Анна стремглав покинула паромобиль и, привычно звонко стуча каблуками, вошла внутрь.
Глеб догнал ее уже у двери старшего инспектора. Анна коротко взглянула на него, выпрямилась еще сильнее, чем прежде и громко постучала.
Не дожидаясь приглашения, Анна Витольдовна зашла в кабинет и остановилась напротив стола, за которым сидел невзрачный тип. Лысина его поблёскивала в свете лампы. Маленькие усики, смешно закрученные вверх и явно напомаженные, точно прилепили к лицу на скотч. Увидев Анну, он недовольно выпятил нижнюю губу.
— С чем пожаловали, госпожа Воронцова?
— С неотложным делом. Я прошу выдать ордер на арест фабриканта и торговца Морозова, по обвинению его в попытке убийства моего подчинённого, Буянова Глеба Яковлевича, а так же по подозрению оного в причастности к похищению дочери губернатора Елизаветы Михайловны Шмит, — с ледяным спокойствием произнесла Анна.
Фраза, произнесённая Анной, возымела эффект взорвавшейся бомбы. Глеб ни разу не видел, чтобы человек так менялся в считанные секунды, но вот, пожалуйста. Лысый открыв рот побледнел. Потом, выпучив глаза, покраснел и наконец, точно не определившись, пошёл пятнами.
— Что! — пискнул он, откашлялся и заорал теперь уже во весь голос. — Что вы сказали? Ордер, на арест? Морозова? Вы что, Анна Витольдовна, не в себе? Может переработали или ещё что этакое, — он махнул рукой в воздухе, — женское?
Теперь пришла очередь Воронцовой принимать удар. Шумно выдохнув, она сжала кулаки и, стараясь держать себя в руках, произнесла:
— Вы не ослышались, именно этого я и требую. Для этого есть причины и факты, Василий Николаевич.
— Факты, хм, факты, — забормотал начальник, поднялся из-за стола, снова сел и ещё раз встал, затем дёрнул головой так, что хрустнуло, уставился на Анну. — Что же, давайте ваши факты, я слушаю.
— У губернатора исчезла дочь, вероятно похищена, мы думаем… — начала было Анна, но Василий Николаевич её перебил.