Утро облегчения не принесло. Пока Глеб смотрел в потолок, пытаясь скинуть последние остатки дрёмы, ещё теплилась надежда, что все события вчерашнего дня всего лишь нелепый, хоть и очень реалистичный кошмар. Эта робкая мечта оборвалась с длинным свистком парового двигателя, пронесшегося по улице автомобиля.
Глеб вздохнул и встал с кровати. Надо приспосабливаться выживать в новой для себя реальности. Он кое-как оделся, привыкая к непривычному костюму. Нашёл в шкафу ещё несколько банок консервов. Поел без аппетита, хотя и отметил, что на вкус те были прекрасные. Видимо, сказывалось отсутствие такого количества уже привычной химии.
Эта странная женщина с невыговариваемым отчеством дала ему сегодня выходной, так что надо провести его с пользой.
Глеб взял ключи. Долго колебался, брать ли цилиндр или будет выглядеть в нём, как клоун, но всё-таки надел его и вышел на улицу.
День выдался неожиданно солнечный и теплый для осени. Рыжие листья хрустели под ногами, в воздухе чувствовался запах костра. Глеб стоял у парадной и задумчиво решал куда пойти. В принципе разницы не было никакой, хоть направо, хоть налево, одинаково не пойми куда придешь.
— А ну, барин, дайте ходу, — послышалось из-за спины.
Отойдя в сторону Глеб увидел дворника, толкающего перед собой тележку с бочкой. В белом фартуке, надетом поверх рубахи, на голове фуражка с блестящей бляхой. Усатый мужик, хитро щурил глаза и выглядел довольным жизнью.
Колеса загрохотали по брусчатке. Метла и скребок, стоявшие в бочке, зашатались, того и гляди упадут.
— Вам помочь? — зачем-то спросил Глеб и дворник вытаращился на него так, словно заговорила статуя.
— Шутник вы, барин, — наконец решил для себя мужик. — Нечава вам руки марать, когда для этого другие имеются. Вы уж идите себе, куда шли, а я свои дела и сам сделаю. И приберусь где надо. И шарманщика взашей прогоню, коли встречу.
Глеб пожал плечами и, сунув руки в карманы сюртука, пошел куда глаза глядят. Пройдя через арку, где витал стойкий кошачий дух, он незаметно для себя он выбрался из колодца двора на шумную улицу. Мимо проезжали машины, выдувая из труб пар, голосили клаксоны, создавая шум и суету, ближе к тротуарам плелись никуда не спеша лошади, таща за собой груженые телеги.
Глеб медленно пошел по улице, разглядывая дома. На первых этажах, приветливо распахнув двери, находились лавки и конторы. Ломбард «Гулькин и сыновья», мясная лавка. Глеб читал вывески, прикидывая, что не так уж и отличается наш мир от этого. Те же магазины на каждом шагу и забегаловки.
— А кому сдобу! Пышную сдобу! Сладкая, хрустящая, ценность настоящая! — заорал ему прямо в ухо зазывала.