— На что жалуемся? — уточнил целитель, после просьбы Казимира Иннокентьевича глянуть на больного.
— Да вот шёл, упал, очнулся. Рёбра болят.
— Рёбра, говорите? Это мы быстро исправим.
Заставив Глеба раздеться, он зацокал языком, поворачивая его к себе то одной стороной, то другой.
— Эк вас к себе земля-матушка тянула, — усмехнулся маг в усы. — Ничего, подлечим, сделаем лучше прежнего!
Глеб же, благодаря своей магической силе, перенимал его эмоции: уверенность, удовольствие от своей работы и лёгкий азарт, от которого привычно пробежали мурашки.
— Казимир Иннокентьевич, а отчего вы нас не познакомили, когда я к вам с вокзала попал? — поинтересовался Глеб, пока шло излечение и тепло перемежалось с холодом то на одном синяке, то на другом ушибе.
— Потому как у нас Императорский общественный госпиталь, а не бюро добрых услуг, верно я говорю, Феофан Лукич? — целитель кивнул, не прерывая процедуру. — Так что маг требуется, если уж пациент совсем плох. Или если знаком, вот как вы. А в остальных случаях, друг мой, и мази с кровопусканием вполне эффективны.
Глеб промолчал, размышляя, что это какой-то аналог платной медицины в его мире, и у кого нет денег или связей, тех так и лечат то мазями, то ещё чем повеселее.
Уже через четверть часа, Глеб покинул кабинет местного целителя с таким ощущением, точно заново родился. Никаких ушибов. Головной боли и ссадин больше не было. Даже на душе стало как-то светлее.
Глеб спрятался от дождя под козырьком крыши и закурил. Надо было возвращаться к расследованию, Анна Витольдовна потребует результатов. Он развернул бумагу, посмотрел на книгу, забранную из библиотеки. Мудрёное название, тиснённое на обложке, гласило что-то о геологии, минералах и тому подобных вещах. Глеб с недоумением, зачем юной девушке, да ещё и медсестре, такая книга, начал быстро листать страницы. Но и тут его постигло разочарование, никаких вложенных внутрь записок, никаких загадочных посланий на полях. Просто книга, как книга.
С нескрываемой досадой, снова завернул её в бумагу и сунул подмышку. Бог бы с ней, у него есть брошка, которая доказывает, что дочка губернатора не так проста. Почему Шмит не позволил с ней поговорить? И куда она сбежала? Дочка явно имеет отношение к убийству библиотекаря и доказательств этого уже больше, чем просто какое-то «предчувствие».
Он решил доложить обо всём, что успел разузнать Анне Витольдовне и направился обратно в полицейский участок. Вместе с уличной пылью дождь как будто смыл и всех людей. Горожане попрятались по домам, не было видно ни играющих мальчишек, ни торговцев вразнос, даже городовые предпочли найти укрытие от непогоды, резонно рассудив, что сейчас даже мелкие негодяи предпочтут сидеть где-нибудь в тепле и пить чай.