— Вы себя слышите? «Вероятно»! «Мы думаем»! Где заявление о похищении? Где, я вас спрашиваю? Или вашего слова более чем достаточно? А вот и нет, уважаемая, — Василий достал большой клетчатый платок и промокнув лысину бросил его на стол. — Нет, если такое ужасное, а оно ужасно, преступление имеет место быть, так отчего же Михаил Германович не явился к нам, не написал заявление? Ну? Что скажете?

— Он опасается за жизнь дочери и потому не хочет привлекать полицию, — пояснила Анна, — а всё потому, что у Морозова…

— Да что вы заладили, как сорока. Морозова, Морозова. Что вы вообще привязались к этому уважаемому человеку? Или вам старые обиды спать не дают? Так пойдите, да обсудите их лично, а не тащите своё грязное бельё сюда, — он хлопнул ладонью по столешнице, — в мой кабинет!

Глеб насторожился, похоже, между Анной и Морозовым имелись давние связи, на которые сейчас не двояко намекал лысый. Впрочем, и без этих тайн разговор принял совсем не тот оборот, на который он рассчитывал.

После таких слов начальника Анна дёрнулась, как от пощечины. Глеб видел, как она закусила губу, но не отступила. Хотя хлопни она сейчас дверью, он бы не удивился. Кому приятно, когда вот так тычут носом, как нашкодившего щенка, да ещё и переходят на личности?

— Морозов покушался на жизнь моего подчинённого Буянова, — тихо произнесла Анна. — Он и его свора едва его не убили, и уж это точно не имеет отношения к прошлому, как бы вам того не хотелось.

— Буянов это новенький, да? — Василий Николаевич смерил Глеба презрительным взглядом. — Вы, Буянов, на свободе ходите только потому, что за вас Анна Витольдовна просила. Помощник ей, дескать, крайне необходим. Сослали бы вас в Сибирь, за убийство на дуэли, и вся недолга. Родственники покойного Бакунина мне всю плешь проели, по вашей милости. Прекрасное у вас начало полицейской карьеры.

Он сердито махнул на него рукой и снова повернулся к Воронцовой.

— Вы не пытались объяснить своему подчинённому, что на службу положено являться в приемлемом виде, а так он выглядит будто только что с сеновала.

— Он так выглядит, потому как его одежда вся в крови, а за свежей он заехать не успел, сразу же направился на службу.

— Ну, это безусловно оправдывает вашего протеже. А скажите на милость, как же так вышло, что господин Морозов якобы в вас стрелял? — лысый прищурился.

Глеб взглянул на Анну и дождавшись когда та кивнет, разрешая ответить, доложил:

— Следил за возможными преступниками в надежде узнать, где они держат похищенную девицу Шмит.

Василий Николаевич поперхнулся, снова выпучил глаза и затрясся так мелко, что Глеб подумал, как бы мужик не помер прямо тут. Увы, начальник оказался не из слабаков, едва к нему вернулся дар речи, как он зашипел: