— А у трактористов зарплата большая?

— Ну как сказать? На жизнь хватает, даже на хорошую жизнь. Я вот тем годом домой и холодильник купил, и машину стиральную. Этим годом супружница моя уже мебель городскую купить возжелала, купим. А вот чтобы автомобиль купить… денег бы, возможно, и хватило бы, но сейчас автомобили только передовикам производства продают. А я уже староват, чтобы в передовики… хотя кто знает, может и выбьюсь. Если, допустим, ваши все бригады до осени не двадцать четыре, а уже штук сорок вышек собрать успеют, то точно выбьюсь!

— А научиться управлять трактором трудно?

— Не очень-то просто, но вполне возможно. Если хочешь, то можешь попроситься в школу трактористов… только там все мужики только по-русски говорят. Вот подтянешь язык — и добро пожаловать: трактористов страсть как у нас не хватает. А скоро еще больше не хватать будет: тут по весне трубу класть начнут, водопровод, значит, делать будут — а там трактористам работы невпроворот! Но вот мне на ту стройку уже не попасть…

— А почему?

— У меня трактор-то тяжелый, но трактор, вдобавок гусеничный, а там нужны будут или колесные, чтобы грузы всякие по степи возить, или бульдозеры. Я на бульдозер пробовал обучиться — не получилось, так что… Ты, конечно, на бульдозер тоже не сгодишься, маловат больно, а там мужики больше такие, что рядом с ними и я малыш, а вот просто на трактор… тракторист и в совхозе человек уважаемый будет, и в городе работы ему найдется немало…

В мире назревали разные «события», а страна спокойно жила обычной жизнью. Довольно напряженной, особенно в части работы: уже с конца января даже швейные фабрики в основном перешли на десятичасовой рабочий день. Но народ особо не роптал, ассортимент магазинов очень наглядно сообщал, что дополнительный заработок лишним уж точно не окажется. Вера с середины января тоже в университет минимум пару раз в неделю бегала, хотя и ненадолго, в перерывах между кормлениями и только когда Катя уже из школы возвращалась. А Виктор — он тоже ударно трудился в своей конторе, и времени на семью у него хватало лишь потому, что на работу и домой он всегда теперь на машине ездил, не теряя часы в дороге.То есть жизнь, хотя и действительно напряженной была, но все же на самом деле спокойной, как бы смешно не звучала фраза «спокойная напряженная жизнь».

Однако Вера, хотя и надеялась на лучшее, внутренне готовилась к худшему. Не самому, конечно, худшему — но любая война хорошей никому не покажется. Ну, кроме откровенных мерзавцев — а проблемой было то, что мерзавцев в мире было уж слишком много. И такая «внутренняя готовность», сопровождаемая сильнейшим моральным напряжением, привела к тому, что она вдруг почувствовала даже странное облегчение после того, как к ней рано утром зашел сосед и сообщил: