— Алекс Мартинес — не Хадзимэ Хамасаки. Он к супруге относится не как к плантации, на которой растут деньги.

— НЕ ПРОДОЛЖАЙТЕ! Понял.

— Как скажешь, как скажешь. — На душе отчего-то потеплело, а желание дурачиться никуда не делось. — Ну и чтобы закрыть тему раз и навсегда, — разумеется, Тика тут же продолжила. — Ты же понимаешь, что почти годишься мне во внуки? Я тоже не в прагматических целях, а исключительно из абстрактной добросовестности.

— С чего это во внуки⁈

— Мне сорок шесть, — напомнила она.

— На вид-то двадцать пять, — пожал плечами старшеклассник.

— Если бы я была безответственной в молодости и завела бы точно такую же безответственную дочь, то как раз у неё мог бы кто-то скоро появиться. На досуге спроси своих латиноамериканок.

— А что они? — Виктор так занимательно насторожился ещё сильнее.

— А там, откуда они родом, восемьдесят процентов девочек начинают половую жизнь с достаточно рано. Тогда же у половины из них появляется первый ребёнок. Так что, статистика — занятная штука, говоря вашим языком.

— Я ПОНЯЛ! Блин. А какое было хорошее настроение! — пожаловался он ей на неё же.

Вышло весьма непосредственно.

— Можешь выдохнуть, — ухмыльнулась японка уголком рта. — Считаем, что урок окончен. Ты умный и я в тебя верю.

Должна же и я как-то развлекаться — Хамасаки-старшая не стала этого говорить вслух, но прямо об этом подумала.

Возможно, ей и правда стоило остановиться на первых двух пунктах?

— Тика, а почему вы так убийственно спокойны? — Рыжий явно что-то прокрутил в голове. — Я правильно понимаю ситуацию? Ключевая в вашем бизнесе компания записана на мёртвую душу, и это — мой отец?

— Да и тьфу на неё, — женщина снова мягко улыбнулась. — Ты ничего не упустил в моём рассказе?

— Э-э-э?.. М-м-м?..

— Когда был жив Сергей, мне было ради чего… — она не стала оканчивать фразу. — А сейчас, абстрагируясь от эмоций, прогресс по-любому не остановишь и речь лишь о том, кто на этом наживётся. А мне это уже не интересно.

— Не понимаю, — он беспомощно развернулся к ней.

— Мне себя редактировать незачем. Миру — уже. HAM-QUOL-CON — инструмент контроля финансового благополучия, да, один из; но теперь не представляет лично для меня никакого интереса как перспектива.

— Вы же молодая? — по-взрослому выдал он после затянувшейся паузы. — Время раны лечит. Вам даже без этих новшеств жить ещё век. Не рано ли вы себя хороните?

— Скажу непопулярную штуку: вот доживёшь до моих лет и окажешься в моём положении — тогда и поговорим.

— Я снова вас не понимаю. Вы по-детски капризничаете!

А даже если и так, непоследовательно вздохнула японка. А вслух из противоречия выдала: