Ввиду отсутствия имплантата тот заработал максимум на две трети.

— Ты — вздорная, — парировала Айя. — Неглупая, но порой инфантильная и капризная — во всяком случае, в вопросах своего дочернего места в доме.

— А это к чему?

— Я всего лишь хочу, чтобы ты не давала воли своим психам в адрес Рыжего. Точка.

— Это не то, что ты подумала!

— Пошли к школе, а то опоздаем, — вздохнула Айя, подхватывая одноклассницу под руку. — Однажды, когда мои родители только начинали встречаться, отцу приглянулась ещё одна подруга.

Хамасаки, послушно шагая к воротам, покосилась на латиноамериканку, но ничего не сказала.

— У маман были строгие принципы, потому кое-что — только орально. Девятнадцать лет — не тот возраст, когда можно обойтись поцелуями в щёку. Батю эта, к-хм, «недосказанность» заё*ывала, потому он, чтоб помягче ‚ начал «добирать» с той девчонкой.

— Та позволяла ему больше твоей матери? — Миру оживилась и пнула камешек носком дорогой туфли.

— Угу. Та уже вовсю *********** — пардон — а батю все любили, он обаяшка… В общем, шла как-то раз мать к отцу, а его родители ей накануне допуск в дом на биометрию открыли — папа не знал. Открывает маман все двери сама, значит, добирается до нужной комнаты — а там…

— Что? — по японке было видно, что ей действительно интересно.

— А там вот именно это самое, ОНО. Всё в процессе. — Мартинес сделала красноречивый жест руками.

— А дальше?

— А дальше рассказывает сестра отца, одна из: «Иду я из подвала на второй этаж по лестнице. Тут с первого этажа выскакивает Дальхис…».

— Кто это?

— Моя мать. «…и несётся по коридору на выход, разбрасывая всё подряд, что на пути попадётся».

— Пф-ф-ф-ффф.

— … А следом несётся Серхио в носках и кричит: «Дальхис, остановись! Это — не то, что ты подумала!»

— Бл*. Ну и история. — азиатка задумчиво скользнула взглядом по пирамидке латиноамериканки. — И ведь не врёшь, и не выдумала.

— Есстессно. Миру, как ты думаешь, зачем я тебе это рассказала?

— Чтоб сделать намёк.

— Точно. Ещё — чтобы ты расслабилась, перестала морщиться и честно призналась…

— Щ-щас!

— … сама себе. Мне говорить ничего не надо — у меня уже есть моё мнение.

— Рыжий сейчас в кабинете Свина, — неожиданно выдала Хамасаки.

— Откуда знаешь⁈

— Я сама маме написала, что он Лысому глаз выбил, — призналась азиатка.

— Вот сейчас, когда мы с тобой разговаривали?

— Да. У мамы аналог родительского контроля, только шире: Рыжий же не гражданин. Короче, она пишет, что его браслет активен, а сам он у Трофимова.

— Давай подождём его? — приняла быстрое решение Мартинес. — Не пойдём без него в класс? Уж наш рейтинг разок стерпит.