И отара из пятидесяти баранов. По сто долларов каждый. Собственная.

Плюс — место «на сиже» на ближайшей реке. Дававшее около полутора килограмм рыбы в сутки.

Хотя, стоит отметить, что в школу, в силу «специфики» родителей, Азамат пошёл в девять лет… В первый класс.

Во времена запоев родителей (и как только они Ербола с Мадиной нормальными родили? Не иначе, бог помогал…), есть в доме хронически было нечего. Азамат, лет с шести пользуясь неограниченной свободой (а какие могут быть ограничения свободы, если мать с отцом валяются сутками?), летом пристрастился ходить на речку. Где и плавать выучился, и рыбачить начал (спасибо соседям, посмеявшимся и снабдившим снастями).

Вот тут, что называется, попёрло. Семилетний пацан, не известно как, но чувствовал : когда надо ловить. Где именно на реке ловить. На что ловить.

И наоборот — когда на реку можно даже не выходить, всё равно лова не будет.

Смеявшиеся по началу (над пропадающим на берегу пацаном) соседи и другие рыбаки буквально через несколько месяцев стали относиться к Азамату с уважением, тем более, что все видели: улов он вялит сам, потом возле пивной на трассе продаёт желающим.

Когда семи-восьмилетний пацан, с кулаками мелочи, вечером забегал в магазин, односельчане с грустью наблюдали, как он покупает молоко, творог, кефиры, явно младшим брату и сестре. Украдкой при этом оглядываясь по сторонам и прямо в магазине съедая сдобную булку.

Часть денег у него потом дома регулярно отбирали пьяные родители (известно на что), но тут сельчане могли только развести руками: чужая семья есть чужая семья. Не вмешаешься.

До дикого капитализма в этом забытом цивилизацией углу было ещё далеко, потому народ был по большей части правильный (родители самого Азамата не в счёт). Пацана (и его брата с сестрой) поддерживали, как могли. Негласно. От прямых подарков Азамат всегда отказывался (хмуря брови и молча отрицательно качая головой в стиле деда-чеченца), но когда в том же магазине ему продавали домашнее молоко по цене вполовину от рыночной, он и знать не мог, что в Шыганаке как минимум несколько семей тщательно следит за ассортиментом магазина. Включая саму продавщицу, отпускавшую парню еду даже в долг (хоть и молодой акуле капитализма, но материнское Зауре было не чуждо. Да и сиротам помочь — святое. Хоть и сиротами эти дети были при живых родителях).

Попросивший Азамата однажды летом присмотреть в течение двух недель за малой отарой баранов отец Зауре, если честно, даже и не ожидал самого присмотра от парня: просто хотел подбросить пацану денег. А ребёнок, не смотря на возраст, уже имел волчий исподлобья взгляд плюс репутацию не берущего «за так» ни копейки.