Мяч нехотя принял устройство в виде браслета и, кивнув в знак согласия, положил его в нагрудный карман на броне.

Чак, Эйни и Мяч топали по тропке прочь от мутных стёкол теплиц, думая каждый о своём.

— Мяч, тебя подвести? — спросил Чак.

— Нет, блин, пешком пробегу пару сотен километров. Сначала по джунглям ходил, а потом по пригороду погуляю, — нахмурился кот. — С вас всё ещё новый флайбайк, волки! И на всякий, если вы не понимаете сарказм, да, меня надо подвезти до северного гетто, а дальше я сам.

— Мя-ач… — протянула Эйни. — А ты что выберешь при следующей твоей несгорайке? Ой, прости, при твоей первой несгорайке.

— От плохой экологии здоровье ни к чёрту. Регенерацию выберу, печень и сосуды подлечу, — киллер посмотрел на ночное небо.

— А точно экология виновата? Не порошок? — скептически покосился на него Чак.

— Орокана оками, — произнёс нахмурившись Мяч, что означало «волк-дурак», такое можно было слышать от кошек в японских гетто кварталах.

Когда мейнстрим с трансформацией только-только начинался, тучи девушек бросались делать себе хвостики и ушки. В то время ушки просто прикольно торчали сверху из причёски и совсем не могли использоваться по назначению, то есть слышать — мода есть мода. Если не знать свою историю, то можно подумать, что целые кварталы някающих и мякающих ушастых и хвостатых полуфурри котанов, говорящих на нескольких языках, предпочитая японский, это какой-то заговор. Но в Дрим Сити были и псовые кварталы, и волчьи, пока Бурые Клыки не пристроили в Альффэмили всех волков, кто мог быть как-то полезен, и много каких других видов фурриманов.

— Конечно же из-за экологии! Порошки тут вообще не причём!

Чак пожал плечами, и они полетели в кото-гетто под незатейливую музыку машинного компьютера.

Мяч выпрыгнул в указанном им месте, не поворачиваясь, махнул волкам рукой, и лишь после этого Чак включил свой коммуникатор.

— Ты ему не доверяешь? — спросила лисодевочка.

— Кому, убийце или наркоману? — Чак погрузился в разглядывание вала пропущенных звонков и сообщений, его лицо начало меняться на глазах, становясь серым.

— Что там? — попыталась заглянуть в сообщения Эйни, но волчонок сразу же свапнул, закрыв все фотографии.

— Никки мёртв, — произнёс он.

— Как мёртв? — не поверила своим ушам лисодевочка и убрала их вдоль головы.

— Их коммуникаторы перестали фиксировать пульс, а на месте дома Т-второго огромный костёр уже второй час тушат.

— Кого их? — тоже побелела Эйни.

— Никки и тех волков, которых я поставил следить за ним, потому что не доверял, — Чак положил руки на руль. — Есть ещё одна новость. Белки блокировали здание Альффэмили, уже час как ведутся бои.