Длиза Лученсо-Первале ничего не боялся. Его маленький бизнес находился на нейтральной территории, и потому к нему обращались все, ведь в гетто так мало хороших докторов, особенно в бесплатных центрах здоровья с их бесконечными электронными очередями. А он был очень хорош. Хорош настолько, что его четверо щенков и жена обосновались в зажиточном районе ближе к центру города. Однако репутация и лишение врачебной лицензии за сомнительные эксперименты вынудили бультерьера работать там, где он работает.

У Длизы не было врагов — по крайней мере, он о таковых не знал — но на всякий случай под чёрной курткой из экокожи всегда скрывалась броня «собачья грудь». Бронежилет назывался так не только из-за угловатой грудной клетки, но и из-за того, что при запуске боевых протоколов из пластин броника спереди выскакивало бронестекло, полностью закрывающее лицо, а сзади получашей выезжали пластины, формирующие этакий монолитный шлем. Под мышкой фурри всегда таился автомат Хеклер и Кох.

Мотоцикл бультерьера остановился у ворот гаража, система так и не открыла дверь — перед ней что-то находилось. Он никогда не жаловался на зрение, но не в этот раз… Глаза Длизы резало болью при попытке сконцентрироваться на том, что стояло перед ним. Это определённо был человек, но картинка плыла и кололась, будто в лицо псу светил полицейский фонарь.

— Опусти взгляд, будет легче, — проговорило светлое пятно.

— Ты кто, нахер, такой⁈ — прорычал, щурясь, пёс, его правая рука отдёрнулась назад, поднимая дуло оружия в сторону говорящего.

Длиза не видел, но был готов изрешетить всё перед собой по первому же удобному случаю.

— У меня есть органы под реализацию, — незнакомец опустил чёрный кейс-холодильник на прорезиненную поверхность.

— Я не занимаюсь! — рявкнул Длиза.

— Мне то не лепи! — не поверил ему говорящий. — Продашь их, если не хочешь проблем с кланами.

— Почём продавать-то? — кинул Длиза ещё одну зацепку за цену, чтобы в очередной раз ответить отказом, сославшись на высокие аппетиты пришедшего.

— Да пофиг почём, возьму немного — тринадцать процентов от продажи, — пришедший был сумасшедшим, настолько, что ни один работающий в этой сфере не смог бы ответить «нет», услышав такой прайс.

— Чё за благотворительность, нафиг⁈ — только и ответил Длиза.

— Считай, что тебе повезло просто! Я буду привозить тебе ещё и ещё, реквизиты кошелька внутри.

Яркость убавилась, а собеседник исчез так же неожиданно, как и появился, оставив после себя лишь ручной холодильник органлегера.

Наше время

— Ну вот, короче, всё, что я знаю. В этот же вечер ко мне пришли на замену и трансплантологию, как раз под эти органы. Безликий этот странный совсем, то ли прожекторы на голове носит, то ли ещё что, но только взглянуть на него нельзя, прицелиться нельзя, — закончил свой рассказ Длиза.