— Да никак. Бывшая уже как неделю назад все вещи собрала и съехала, — произнёс Чак, глядя в никуда.

— Может, ещё наладится? — с надеждой и какой-то ноткой сочувствия проговорил медик.

— Не знаю. Бороться за наше счастье по отдельности — это как разделяться в фильмах ужасов, — произнёс вялую шутку Чак и перевёл тему разговора. — Когда будут результаты анализа ДНК по базам данных?

— Да сразу же как до отдела доберусь.

— Давай доброшу, а этот фургон передадим санслужбам, чтоб убрали с травы, — повёл шеей Чак, от концентрации фигни в жизни и на работе начало ломить у основания черепа.

— Ты заботишься об экологии? — тут медик реально удивился и повернулся к Чаку, который уже открывал дверь машины.

— С миру по нитке, — ответил Чак. — Джип двухместный, ничего, если с Эйни на одном сидении поедешь?

— Ты, товарищ капитан, меня вообще осчастливить хочешь. Я ж после такого уснуть до утра не смогу, — улыбнулся медик.

— Ты, главное, мне белку эту найди, а там уж хоть сутки не спи! — поддержал шутку Чак; Эйни как раз возвращалась от объекта осмотра.

Машина тронулась, поднявшись над парковой зоной, вылетая на флай-линию. Оживлённый поток приостановился, впуская Чака на воздушную трассу, чего обычно не было, когда он летал на своей машине. Бронированная джип-шлюпка смотрелась грозно и убедительно.

— Крутая тачка! — теснился Ник, сидя у Эйни на коленях — броня лисодевочки была способна сдерживать и больше, чем вес возрастного невысокого криминалиста.

— Волки дали на время операции, — отмахнулся Чак.

— Ну да, ну да. Скажи ещё, что бабушка с тебя её трясти обратно будет.

— Зачем трясти? Я сам отдам, мне чужого не надо.

— Все б, Чак, такими были, мы б давно на первый планетарный уровень ушли, — пошутил Ник про систему Спирит.

— А может, потому и не ушли, что все либо такие, как я, либо в разы хуже, — пожал плечами оперативник.

— Николай, а какой у вас рейтинг в Спирит? — спросила Эйни.

— Спирит? Да я забросил его давно. А так, двенадцать или тринадцать тысяч, наверное, — отвёл взгляд от Эйни Николай, и дальше они летели молча.

Капитан зашёл в свой отдел под неодобрительные взгляды коллег. Они были красноречивы, но поделать что-либо можно было лишь с помощью тёмной, и то, побить оперативника можно, а вот дела, перераспределённые шефом, вернуть обратно нельзя.

— Эй, Вульфен! — окликнул кто-то.

— А?

— Иди нахрен! — ответный возглас усиливался магическим жестом — выставленным средним пальцем на сжатом кулаке.

И весь путь до кабинета прошёл в подобном духе.

— Чак, вам сообщение от #горячая_ссучка_78, — произнёс Киби, как только офицер вошёл в свой кабинет.