Парень дернулся и захрипел.
— Держи! Возьми сердце и легкие, а я пока отключу… убедительно прошу не беспокоить нас в ближайшее время. На все вопросы мы с радостью… или не очень, но ответим позже. Или нет. Да контролируй ты плотнее! Сядь ближе, а то ощущение, что ты его коснуться боишься! Винченцо, будь добр, тоже… сила понадобится… чтоб вы знали, сколько нужно силы, чтобы совершить малотравматичную операцию… я сейчас изолирую этот локус и затем…
Дальше Винченцо мало что понял. Он подозревал, впрочем, что не только он. Зато Карраго замолчал, что само по себе говорило о серьезности ситуации.
Подобралась Ица.
И Дикарь подвинулся ближе.
Потом отступил, потянув за собой девочку.
— Не мешай им…
— Нет, — Миара не повернула голову. — Не мешает. Пусть держит. И говорит. Функции частично сохранены. Он точно нас слышит. И её услышит. Если мальчишка не будет сопротивляться, то все пройдет легче… мозг сопротивляется постороннему вмешательству. Скажи ей…
— Я понять, — огрызнулась Ица и сделала глубокий вдох. А потом заговорила, на своем лающем некрасивом языке.
А Винченцо ощутил, как из него потянули силу.
Пускай.
Главное… главное, что если парень загнется, то нужно будет искать нового хозяина для короны. Он посмотрел на нее, растопырившую колючки-шипы, словно уже присматривающую кого-то, кто…
Нет уж.
Избавьте.
Парень разлепил губы, и речь Ицы ускорилась.
— Еще немного… какой же упертый баран…
— Я… — открылись и глаза. — Н-не… б-баран…
— Чудесно… речь сохранена, и это уже хорошо, — Карраго накрыл ладонями лицо. — Не дергайся, я вовсе не пытаюсь выдавить тебе глаза…
— А что, речь могла бы и… — уточнил Красавчик. — Что? Я ж просто спросить!
И затылок потер.
— Мозг человеческий чрезвычайно тонкая структура, — Карраго надавил. — И никогда нельзя знать наперед, сколь удачно прошла та или иная операция на нем. Имело место локальное кровоизлияние, полагаю, шип пробил сосуд. А мозг крайне не любит, когда кровь в свободном виде. Впрочем, вам это, мой юный друг, вряд ли интересно.
Карраго выдохнул.
И огляделся.
— Главное, что пациент пока жив… а я бы отдохнул. Определенно, я бы с преогромным желанием отдохнул…
— И помылся, — тихо добавила Миара.
И вздохнула.
Мечтательно.
Винченцо тоже поднялся. Колени чутка дрожали, а заодно уж с новой силой вернулось старое желание. И он понадеялся, что Древние все же телесного совершенства не достигли.
Такого, чтоб туалеты стали не нужны.
Глава 5
Миха
Честно говоря, Миха опасался, что все будет куда как хуже. Все же столкновение двух мировоззрений, двух цивилизаций, пусть даже одна из них сгинула в незапамятные времена, не могло пройти легко. Он ждал воплей ужаса.