— Спи, — Карраго щелкнул пальцами и мальчишка отключился, не договорив. — Что? Ему отдыхать нужно. И эта его…
Он осторожно потрогал шип.
— Тоже требует покоя. Процесс… сложный… и возможно, во времена иные он проходил как-то иначе. Так мне кажется. Сейчас же… мальчик молод и силен, поэтому, собственно, еще жив. Миара?
— Новый локус, — она повернула голову мальчишки. — Здесь. Надо присматривать. Эта штука внутри, как мне кажется, растет…
— Не кажется, — подтвердил Карраго. — Она действительно растет. И количество… отростков? Ответвлений? Пока не придумал, как их назвать, увеличивается. Соответственно, и ткани травмируются.
Джер дышал ровно.
— И что с ним… будет? — осторожно поинтересовался Миха.
— Понятия не имею, но надеюсь, процесс все же конечен. Я бы рекомендовал дождаться… завершения его. Стабилизации. И тогда уже выводить юношу из сна. Или, если процесс затянется, выводить ежедневно на небольшой срок с тем, чтобы убедиться, что разум сохранен. Да и кормить… здесь нет возможности поставить систему внутреннего питания. Точнее, подозреваю, что есть, но где-то там…
Он махнул рукой на стены, по которым пошла рябь. А затем в черноте появились звезды. Они вспыхивали и гасли.
Вспыхивали.
И снова гасли… соединялись тончайшими линиями, создавая причудливые узоры.
— Он выживет? — Миха смотрел на парня, который сейчас, спящим, выглядел беззащитным.
И немного глупым.
И черты лица еще детские…
— Если повезет. Если нам повезет, — счел нужным уточнить Карраго. А потом обратился к Миаре, которая задумчиво пыталась расковырять стену. — Дорогая, пациента нельзя оставить без присмотра, а поскольку из целителей здесь лишь я и ты…
— Ты дежуришь первым, — стена не расковыривалась, хотя магичку это обстоятельство ничуть не смущало.
— Почему?
— Потому что ты мудрый и опытный. А я хочу, мать вашу, помыться!
— Ясно, — Карраго усмехнулся. — Я бы не дожил до своих лет, если бы не понимал, сколь опасно встать между женщиной и ванной… идите. Я пока посижу.
— И я, — Ица опустилась на пол. Она села, скрестив ноги по-турецки, и руки положила на колени. Выпрямила спину. Прикрыла глаза. И буркнула. — Я видеть, если ты хотеть сделать ему плохо. И я забрать твой сердце.
— Женщины… — Карраго вздохнул. — Такие… женщины.
Вторая дверь расположилась рядом с первой.
И снова комната. Квадрат белых стен. Две линии на потолке. Узкая кровать. Короб стола и второй, надо полагать, стула или табуретки.
— А ванна где⁈ — возмущенный вопль Миары нарушил тишину. — Где, мать вашу, ванна?
Миха заглянул за вторую дверь.
И вправду ванны не было.