— Это как?
— Внешне? Вот так, — на ладони Цаи появился шар. И в сердце Винченцо шевельнулось недоброе предчувствие. Уж больно знакомым выглядел этот, то ли черный, с зеленоватым отливом, то ли темно-зеленый, в черноту, шар. И разбегающиеся цепочки огоньков. — По сути представляют изолированные энергореакторы последнего поколения, субатомарный синтез на низкой частоте.
— Чего?
— Источник энергии. Практически неисчерпаемый, хотя и весьма сложный в производстве, а потому использование его было ограничено.
Источник энергии…
И родовой артефакт?
Получается, что…
— А оболочка — копия системы и некоторые локальные резервные информационные…
…Карраго обрадуется, узнав, что родовые артефакты по сути… или не обрадуется?
— … я решил отправить себя в режим ожидания, настроив параметры на внешний вход в систему. Проникновение стало сигналом, разбудившим меня. Если так тебе понятнее…
Винченцо слушал краем уха, пытаясь понять, спросить или пока не стоит… все-таки Древний.
Может, не понять…
— Рассчитывал я увидеть вовсе не тебя. Поэтому делаю вывод, что Цаи не удалось вернуть Систему к жизни, следовательно…
— Тебе понадобится эта штука? — уточнил Винченцо, очень надеясь, что нет.
— Это идеальный вариант. Установка чистой копии системы позволит решить большую часть проблем… но не стоит беспокоиться. Запас копий должен был быть в башне. Внизу. В хранилище.
Должен.
Но… тогда почему этот, живой, Цаи им не воспользовался?
Впрочем, тут Винченцо счел нужным промолчать.
Глава 33
Миха
Белые ступени не спешили проваливаться и рассыпаться под ногами. Чернота, впрочем, никуда не исчезла. Она то отступала, притворяясь, что обратный путь свободен, и тогда даже появлялся знакомый призрак города, то вновь накатывала, стирая нарисованное.
Но ступени не проваливались.
Уже хлеб.
Миха поймал себя на мысли, что, кажется, научился довольствоваться малым.
Идут.
По ступеням.
Широкие. Невысокие. В принципе, довольно удобные. Но вот количество их напрягает. Он, конечно, слыхал, что в некоторые древние храмы ступеней могут быть сотни, а то и тысячи, но слышать — одно, а штурмовать эту лестницу в никуда — совсем другое.
Ица вот шествует важно.
И переменилась.
Стала выше. Старше? Она себя такой видит? Среда тут отзывчивая. Вон, Карраго явно помолодел. Сын Тени избавился от шрамов. Джер обзавелся завидной мускулатурой. Себя Миха со стороны не видит, но подозревает, что тоже не без сюрпризов.
Ица продолжает меняться.
Она вытягивается, обретая при этом несуразную неестественную стройность. На голове сама собой возникает сложная прическа, то ли косы, то ли змеи черные переплелись и застыли. Из клубков их поднимаются золотые иглы с золотыми же кисточками. При каждом шаге кисточки покачиваются.