Видел и слышал их несколько раз, пока уходил всё дальше и дальше от побережья, но больше не вступал в стычку — хватит с меня. Мне, главное, нужно уйти подальше от пляжа, от подвала, где спит Руста, чтобы меня не смогли с ней никак связать. Очень надеюсь, что грязь на мне хоть немного скрыла внешность. Если уж эхора не последует записке и решит рассказать или в благородных побуждениях станет искать, то пусть поиски происходят, как это звучит в стишке: ищут давно и не могут найти парня какого-то лет двадцати.

Когда крался через парк или нечто вроде того, меня окликнули на испанском. О чём спрашивали — не понял, как и не увидел сразу говорившую.

— Парень, сюда иди, только тихо! — а это уже сказал кто-то на чистом английском и мужским голосом.

За особо пышными кустами стоял холмик с… норой. И дверью в эту нору. Сразу повеяло воспоминаниями про кольца, бородатых магов с трубкой и посохом, мохноногих коротышек.

Сейчас из двери выглядывали несколько человек и махали мне руками, при этом испугано оглядывались по сторонам.

— Ты откуда? — спросил англичанин, когда я оказался внутри хоббитского домика (тут Диснейленд какой-то, что ли?). — Как дела в городе? Видел механоидов?

Мужику было лет тридцать с хвостиком, хотя рыжеватые волосы уже были посеребрены сединой, кожа загорелая до черноты, глаза карие. Худощавый и высокий, выше меня на полголовы, точно.

— А армию?

— Эхоров?

Меня завалили вопросами, даже не давая рта открыть. Потом из толпы в несколько десятков человек вылезла знакомая девушка в голубой ливрее, правда, сейчас одежда выглядела не очень, кое-где порвалась, испачкалась, даже следы крови имеются.

— Привет, — улыбнулась она. — Я рада, что ты тоже спасся. Из нашей гостиницы я больше никого не видела.

— Знаешь его? — тут же повернулся к ней англ.

Вместо неё ответил я:

— Мы почти вместе из гостиницы уходили, когда механоиды напали. Никого из военных я не видел, да и вообще не видел людей, вы первые. Половина города разрушена, по улицам бродят эти уроды железные, но мало почему-то. Я прятался в развалинах, но там кругом дым и жара, чуть не умер. Вот решил уйти подальше.

После моих слов все сразу приуныли.

— У меня немного воды есть и десять шоколадок, — сказал я. — Будет кто?

— Спасибо. Аппетита ни у кого нет, но жажда мучает, — искренне поблагодарил англичанин и протянул мне руку. — Джон.

— Сан, — но жать руку не стал, повернув ладони верх. — Извини, ободрал и обжёг руки. Где можно отдохнуть, а то у меня от дыма и жары голова кружится, еле на ногах стою?

— Иди сюда, — моя знакомая поманила за собой и привела в уголок рядом с декоративным камином, — ложись здесь, я сейчас плед принесу.