— А если мне не нужна услуга?

— Извини, скорее всего, свадьбы у нас не будет, — пожала она плечами.

Из вредности и противоречия я наполнил ей о её недавних словах:

— Уже отказываешься от своего предложения? Обещала же считать меня женихом, если помогу?

— Если выживу, и ты не воспользуешься жетоном, то так и быть — стану твоей первой женой, — криво усмехнулась она.

— Если… почему? Что тебе приказали?

— Помощи не будет. Это не единственный прорыв, хотя и единственная матка. Армия и эхоры уничтожают по всему Средиземному морю десант механоидов. Неведомым образом они прошли через Гибралтар и растеклись по побережью. К тому времени, когда сюда перебросят подкрепления, от побережья с курортами не останется и следа, скорее всего, дойдут и до Барселоны. Кроме того, матке достаточно часов десять, чтобы превратить здесь всё в несокрушимую крепость. Практически также мы потеряли южное побережье Индианда и чуть не потеряли побережье Африки, когда там высадились три матки. Сейчас те места, ты же знаешь, наверное, считаются мёртвой территорией, а ближайшие окрестности — Дикими Землями, где живут только изгнанники, преступные кланы и прочие отверженные. Воюют с государствами, и с механоидами… разве это жизнь?

— Ты сказала много слов, но не сказала главной сути.

Девушка несколько секунд молчала, потом провела ладонью по лицу, размазывая пот и пыль в грязь.

— Устала я. Ты хорошо помог, но я давно не отдыхала, просто не успела, а тут это вторжение, — тихо сказала она. — Мне приказали любым способом задержать расширение плацдарма механоидов. У меня есть обязательства, которыми нельзя поступиться или только бросать всё и уходить в дикие. Выполню приказ, и мой род будет свободен от любых ограничений и долгов, скорее, это мне будут должны.

— Так что ты хочешь сделать? — я всё ещё не понимал ничего, хотя догадывался, что девушка собралась совершить подвиг, за который дают ордена с пометкой «посмертно».

— Я уничтожу матку и, сколько смогу, мелочь. Та, которая расползётся по окрестностям, мало что сможет сделать. Когда придёет армия и прочие эхоры, то их быстро вычистят.

— Ты не отдыхала и хочешь использовать свою самую сильную технику? Это же самоубийство! — воскликнул я. — Тебе приказали умереть? Разве так можно?

— Меня попросили сделать всё возможное, — сухо ответила девушка, потом добавила совсем тихо. — Ради рода.

— Что, род после этого завалят плюшками? — зло сказал я. Мне было стыдно, оттого и злился. Стыдно, человек напротив меня готов пожертвовать собой ради кого-то, а я думаю только о себе, то, что мне страшно за себя, а ей за других. Правда, в этом мире у меня и нет никого, я один на свете.