Я отвернулась и побрела от неё вверх по течению, надрывно напевая кусок кстати припомнившейся французской баллады. Душераздирающе трагичной, конечно. На ходу размышляла, что вот так всякие легенды о привидениях и появляются. Потому что призракам тоже бывает скучно, да.

Дама хотела выяснить подробности, но я ходила вокруг неё кругами и тихонько выла на манер Карлсона: «Береги-и-ись… Береги-и-ись…» — заняться-то мне было нечем, а фантазия внезапно кончилась. Дама в сердцах высказала нечто высокопарное и ушла, но не в сторону замка или деревни, а в неизвестном мне направлении. Тропинка туда была тесная и заросшая крапивой. Дама удалялась, шипя совершенно по-простонародному.

Я внезапно поняла, что что-нибудь съела бы прямо сейчас, дошла до нашего с Вовой места, надыбала в рюкзаке пирожок, кружку и пошла в трупятню, где, как было обещано, в любое время можно было получить стакан чая и кипяток для лапшички, например.

В трупятне было шумно, и я сделала ещё несколько снимков. Несколько парней ржали и обсуждали подробности своей безвременной смерти, дама в жёлтом (как она-то умудрилась помереть?) истерически спорила с мастерами и не хотела выходить простолюдинкой, а около костра стоял библиотекарь (ну, тот, с волосами как пакля, пафосный такой, я вам о нём как-то уже рассказывала) и ругался с парнем, который только что вскипятил котёл воды и заварил чай. Видите ли, потому что чай оказался заварен слишком крепко. Так-так… Я зачерпнула чайку дежурной поварёшкой. Ну, и чего он тут разоряется? Я бы сказала, что не особо и крепкий, средненький такой. Нет, я вообще-то густой чай пью, но это если с молоком.

— Не нравится — жди! Скоро второй котелок закипит, — отрубил дежурный, и библиотекарь отошёл, возмущённо бурча.

Принёсся Вовка, одним глотком отпил у меня полкружки.

— Ох, хорошо! А я тебя потерял.

— На жор меня пробило. Будешь? — я вопросительно скосила глаза на обкусанный пирожок.

— Не, потом.

— О! Сфотаемся?

Мы попросили одного из умертвий нас сфотографировать. Надеюсь, выйдет хорошо.

Тут закипел второй котелок, дежурный начал призывать всех желающих, и этот паклеголовый библиотекарь явился в первых рядах.

— Вот! Этот чай правильно заварен! — возгласил он и начал наливать себе в кружку желтоватую Олхинскую воду.

Дежурный аж дар речи потерял.

— Там, вообще-то, заварки нет, — ехидно подсказал библиотекарю какой-то добрый человек, и тот свалил в туман ещё более возмущённо и пафосно, чем раньше.

— Рупуже!!! — заорал кто-то за деревьями, метрах в пятидесяти от нас.

— Иду!!! — не менее громогласно проорал в ответ Вовка и умчался.